Совбез Ставропольского края: бой в Нефтекумске не связан с национальным вопросом

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сегодня в городе Нефтекумске Ставропольского края произошло боестолкновение, в результате которого погиб милиционер, другой получил ранение. Уничтожен предполагаемый участник т.н. «ногайского батальона» Шелковского джамаата Чечни. Еще двое задержаны. В связи с последними событиями в Ставропольском крае корреспондент «Кавказского узла» поговорил с секретарем Совета безопасности Ставропольского края Василием Бельченко.

- Василий Федорович, что, по вашему мнению, послужило причиной сегодняшних событий в Нефтекумске?

- Нефтекумчане никогда не скрывали, что часть молодых людей, местных жителей, поддавшись на ваххабистские лозунги и призывы, попала под их влияние и ушла в Чечню, прошла подготовку еще в лагерях Хаттаба и продолжает эту деятельность. Их осталось несколько человек, остальных практически уничтожили. Кто сидит, а кого уже нет в живых.

- То есть, можно и сегодня  говорить о существовании т.н. «ногайского батальона»?

- Да нет, о батальоне не будем говорить, потому, что батальон -  это подразделение, в котором (во всех воинских структурах мира) числится 200 человек. Никаких «ногайских батальонов» не было, была лишь небольшая часть молодежи. Никаких «ногайских», "дагестанских» батальонов не было, чепуха это.

- Сколько молодых людей ушли тогда в лагеря Хаттаба?

- Ну, может, 2-3 десятка, не больше. И там не только были дагестанцы, в так называемом - подчеркиваю, в кавычках - «ногайском батальоне».

- Скажите, те ногайцы, которые сегодня проживают на территории Нефтекумья - коренные жители края?

- Нет, часть из них - пришлые из Дагестана, но есть и коренные. Вот эти, которые (боевики - прим. "Кавказского узла") — коренные, из сел Кара- Тюбе, Иргаклы, там же не только из Нефтекумска. И из Степновского района Ставропольского края попадались.

- Насколько хорошо ногайцы из Дагестана адаптировались на Ставрополье, интегрировались в экономику, социальную жизнь, в частности, Нефтекумья?

- Во всяком случае, никто их не притесняет, и оправдать их ни в коем случае нельзя. Нельзя идти на преступление в зависимости от того, есть у тебя работа или нет работы. Как они попали на эти преступные уговоры - сложно сказать. Быть может, психологические моменты сработали, может, еще что-то.

- То есть, можно предположить, что у них нет работы, и поэтому они за деньги поддаются на какие-то преступные уговоры?

- Нет, не только. Работы нет ни у кого: вся работа в сельском хозяйстве сезонная. Так можно оправдать любое преступление. Прокурор может сказать: зачем вы оправдываете преступление? Если, к примеру, в Ставрополе кому-то не хватило работы, значит, что, надо идти и убивать? Нет, тут сложные факторы могли сработать. И социальные, и экономические, может быть, морально-психологические срабатывают факторы, и, быть может, родственность какая-то, групповщина.

- Ведется ли со стороны органов государственной власти Ставропольского края работа среди этой молодежи?

- Конечно!  И я работаю, и ФСБ обращалось к населению, и Совбез обращался, и в газетах публиковали, и объявления публиковали об амнистии - бросайте эту чепуху, вернитесь к мирной жизни. Ну их (боевиков - прим. "Кавказского узла") там уже остались единицы.

- Быть может, ведется какая-то подрывная деятельность, какие-то экстремистские структуры с ними работают?

- Нет, экстремистских структур нет, а просто, видимо, уже страх перед будущим наказанием.

- Вы говорите, что из участников т.н. «ногайского батальона» на свободе остались единицы. Могут ли они рассчитывать на амнистию?

- Да, если у них руки не по локоть в крови. Остальные понесут уголовную ответственность. Их ищут. Им некуда деваться.

- Насколько остро стоит национальный вопрос в целом на Ставрополье в целом?

- Нет, неправильно. Национального вопроса нет. Есть проявления, быть может, национального эгоизма,  вызванные какими-то причинами, не до конца понятыми нами. Может, это безработица, может, и уговоры, и что угодно. Никакого национального вопроса нет на территории края, об этом надо забыть, вообще забыть!

- Некоторые ученые говорят о противоречиях между коренным населением и выходцами из Дагестана. Разделяете ли вы их точку зрения?

- Это вранье! Да, у нас сегодня есть переселенцы. Да, они приехали со своей психологией, но это - вранье! Это надуманная проблема. Это ученые, которые никогда сюда не опускались, гнушались приехать в Ставропольский край. Некоторое недопонимание - да, это есть. Потому, что у тех, кто долгое время прожил здесь вместе с россиянами и у тех, кто недавно прибыл разная психология. Но тут речь идет об уживаемости. Это как человек, попадая в другую семью, всегда попадает в очень сложные психологические условия, обстановку, и ему надо в нее вжиться. И я готов с такими учеными спорить где угодно и когда угодно!