А. Черкасов: военные суды покрывают преступления в Чечне

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сегодня уполномоченный по правам человека в Чечне Нурди Нухажиев сделал заявление, что в повторяющихся случаях расстрела военнослужащими мирных жителей Чечни виновно бездействие военных судов. Комментируя инцидент в селе Урдюхой, он отметил, что если бы справедливое наказание понесли Ульман, Аракчеев и Худяков, то остальные бы не посмели открывать огонь по мирным жителям. Напомним, что вчера на юге Чечни люди в военной форме обстреляли из автоматов трех мирных женщин. Одна из них погибла и две получили тяжелые ранения. О том, насколько безнаказанность укоренилась в системе военного правосудия России, корреспондент «Кавказского узла» поговорил с членом ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Александром Черкасовым.

- Уполномоченный по правам человека в ЧР Нухажиев сказал, что людей в республике убивают из-за бездействия военных удов. Насколько справедливы его слова?

- Нухажиев в данном случае (обстрел женщин в селе Урдюхой) имеет повод критиковать виновных в преступлении, поскольку они не подконтрольны властям республики. С ним можно согласиться. Здесь мы имеем дело с неким комплексом причин. Как в случае «дела Ульмана», так и в этом случае мы видим, что в местах, которые не имеют отдельного правового регулирования и где не введено чрезвычайное положение, действуют условия войны. Причем не просто войны, а войны, где позволено все и где не существует понятия военное преступление. Сюда входят и уставы, и приказы, и общие установки, данные командованием.

- И кто должен быть в ответе за преступления, совершенные в таких «особых» зонах?

- В случае преступления тут должны действовать и военная прокуратура, и военный суд, и, заметим, само военное командование, потому что первая инстанция, которая должна разбираться в таких случаях — это командиры частей. В данном случае Нухажиев назвал одну из причин. И военные суды в данном случае может быть не самая худшая из инстанций.

- Дела Ульмана, Худякова и Аракчеева показательны в контексте бездействия военных судов?

- Г-н Нухажиев взял известные, лежащие на поверхности случаи. Если мы посмотрим статистику преступлений, статистику возбужденных уголовных дел, статистику дел, находящихся в ведении военной прокуратуры, статистику дел, дошедших до суда, и на приговоры, то мы увидим, что здесь существует система организованной безнаказанности, где суды отнюдь не самая худшая из ступеней. Дела Ульмана, Худякова и Аракчеева так замечательно рассматриваются потому, что приговоры по ним должны выносить суды присяжных.

- То есть изначально подразумевается, что военные преступления преступлениями не являются?

- Да. Но такие дела — лишь немногие, что дошли до суда. Если мы посмотрим общую судебную практику, то ее можно охарактеризовать двумя словами: условное правосудие. То есть за тяжкие преступления чаще всего выносятся легкие приговоры. Например, нам известны два приговора о делах по изнасилованию. Оба раза наказание условно. Но таких приговоров очень мало по сравнению с общим числом совершенных преступлений и по сравнению с числом возбужденных уголовных дел. Потому что военная прокуратура в большинстве случаев не принимает их к производству. Ведь речь-то идет о разделении юрисдикции между гражданской и военной прокуратурой.

- И по какому принципу дела отходят под ответственность гражданской или военной прокуратуры?

- Военная прокуратура не принимает дела к производству, пока не доказано, что преступление совершено военными, а прокуратура территориальная не имеет права осуществлять следственные действия в отношении военных, поэтому она стремится не брать заявления от местных жителей, насколько это возможно. Поэтому число уголовных дел соответственно значительно меньше числа совершенных преступлений. А из уголовных дел лишь меньшая часть берется к рассмотрению военной прокуратурой. А вот дальше, по совершенным преступлениям действительно выносятся легкие приговоры, либо вообще оправдательные. Так что здесь речь идет о системе, которая, с одной стороны, приводит к совершению преступлений, а с другой стороны действует система организованной безнаказанности в рамках правосудия. И господин Нухажиев назвал лишь один из элементов этой системы.