Рустамова: в Дагестане возможны новые митинги против похищений

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

По словам одной из участниц прошедшей в Дагестане 27 июня акции протеста против похищения людей, активистки общественного движения "Матери Дагестана за права человека" Гюльнары Рустамовой, нельзя исключать вероятности новых митингов родственников пропавших или убитых жителей.

Своим мнением Рустамова, после митинга 27 июня, поделилась в беседе с корреспондентом "Кавказского узла".

Рустамова рассказала, что 24 июня неизвестными вооруженными лицами в гражданской одежде, которые представились сотрудниками Управления по борьбе с экстремизмом и уголовным терроризмом МВД Дагестана, был задержан Али Залитинов. Его увезли в неизвестном направлении.

Через день по подобному сценарию был арестован Идрис Гучакаев. Когда родственники обратились в МВД Дагестана, им объявили, что Гукачаева и Залитинова никто не арестовывал.

В свою очередь, родственники Наби Атагаджиева, которого убили в результате спецоперации 21 мая 2008 года в Махачкале, требовали выдачи трупа убитого. Стражи порядка объявили Атагаджиева соучастником убийства нескольких милиционеров. Мать убитого Атагаджиева Алпият утверждала, что ее сын ни в чем не замешен, а в тот день его просто расстреляли, хотя она, родственники и соседи предлагали вывести Наби Атагаджиева из окруженного милиционерами дома. Она также утверждала, что из дома пропали 100 тысяч рублей, ювелирные изделия, документы.

В ходе митинга 27 июня участники акции решили перекрыть проспект Ярагского. После этого к ним вышел представитель прокуратуры Дагестана, который пригласил несколько человек на встречу с прокурором Дагестана Игорем Ткачевым. В числе приглашенных оказалась и Гюльнара Рустамова. Она сообщила корреспонденту "Кавказского узла", что прокурор Дагестана, внимательно выслушав претензии митингующих, заявил, что ровно через два часа судьба похищенных будет точно известна, а пока попросил разблокировать проспект Ярагского, автомобильное движение по которому вскоре было открыто.

На новой встрече Игорь Ткачев объявил, что задержанные действительно содержатся в Управлении по борьбе с экстремизмом и уголовным терроризмом МВД Дагестана и что родственники могут с ними встретиться хоть сейчас.

Однако когда родственники Али Залитинова и Идриса Гукачаева прибыли в управление, им объявили, что стражи порядка никого не задерживали, а на возражение, что прокурор Дагестана заявил о содержании арестованных в здании МВД Дагестана, последовал грубый ответ: "Теперь идите к прокурору, пусть он и решает ваши проблемы".

Как ранее сообщал "Кавказский узел", жители Дагестана уже неоднократно проводили акции протеста против похищения людей, а в начале июня председатель организации "Матери Дагестана за права человека" Светлана Исаева пожаловалась прокурору на то, что следователи не проверяют сведения о местонахождении похищенных.

С начала 2008 года в Дагестане было похищено как минимум восемь человек. По словам исполняющего обязанности первого заместителя руководителя Следственного управления следственного комитета при прокуратуре России по Дагестану Мирзабалы Мирзабалаева, согласно показаниям самих этих людей, к их похищению могут быть причастны лица, которые представлялись сотрудниками правоохранительных органов.

Вместе с тем, уполномоченный по правам человека в Дагестане Светлана Алисултанова отмечает значительное снижение числа похищений людей в республике. "С июля 2007 года нет обращений из-за похищений людей. Сегодня дагестанцы недовольны незаконными методами ведения следствия. По этому поводу поступило 95 жалоб, все они переадресованы в прокуратуру по месту жительства жалобщиков", - заявила Алисултанова.

Проблеме похищений в Дагестане, а также других регионах Северного Кавказа, посвящен подготовленный Программой "WITNESS" совместно с отделениями ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) в Грозном и Назрани документальный фильм "Потерянные жизни. Исчезновения и безнаказанность на Северном Кавказе" ("Missing Lives. Disappearance and Impunity in North Caucasus").