Жители Чечни скорбят по поводу кончины Александра Солженицина

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Александр Исаевич Солженицын был великим писателем, а его смерть является утратой не только для России, но и всего мира в целом, считают многие жители Чечни.

Сообщение о смерти великого писателя Александра Солженицына не оставило равнодушными тех, кто был знаком с его творчеством. Больше всего Солженицына в Чечне знали по его роману "Архипелаг Гулаг", в котором, говоря о депортированных народах, писатель выделил чеченцев.

"Александр Солженицын действительно был великим писателем, одним из немногих, кто посмел открыто пойти против режима. И еще он был из числа тех, кто стремился донести до людей правду о том, что творилось в стране под названием СССР. Для русской литературы он сделал очень многое, и, на мой взгляд, Солженицын был своего рода Львом Толстым ХХ-го века", - говорит житель Грозного Ризван Сулейманов.

"Я в начале 80-х учился в институте в Москве и тогда услышал о Солженицыне. Друзья дали мне почитать часть романа "Архипелаг Гулаг", которая была напечатана на машинке. Это было для меня целым открытием. Я помню, как мы, студенты, тайком обсуждали эту книгу, делились впечатлениями, как бережно относились к этим затертым до дыр листочкам "Гулага". Может это звучит слишком банально, но в лице Александра Исаевича Солженицына и российская, и мировая литература действительно понесли невосполнимую утрату", - сказал 48-летний предприниматель Русланбек Садулаев.

"Я прочитал книгу "Архипелаг Гулаг" лишь в 88-ом году, но до сих пор помню наизусть слова Солженицына о чеченцах: "Была одна нация, которая совсем не поддалась психологии покорности, - не одиночки, не бунтари, а вся нация целиком. Это - чеченцы. (В тексте "Гулага" написано - чечены), - заявил другой грозненец Мовсар Мусаев. - Это для меня, да и для всех чеченцев, я думаю, является высшей похвалой и признанием неистребимого мужества моих соотечественников в трудные годы депортации. Чеченский народ с благодарностью будет вспоминать Александра Солженицына, также как и Анатолия Приставкина, как Льва Толстого, Михаила Лермонтова и других, писавших о Кавказе и чеченцах".

В романе "Архипелаг Гулаг", Солженицын, который имел возможность близко познакомиться с депортированными чеченцами, дал свою характеристику депортированному народу. Помимо вышеуказанного абзаца в "Гулаге" есть и такие слова о чеченцах: "Я бы сказал, что изо всех спецпереселенцев единственные чечены проявили себя зэками по духу. После того, как их однажды предательски сдернули с места, они уже больше ни во что не верили. Они построили себе сакли - низкие, темные, жалкие, такие, что хоть пинком ноги их, кажется, разваливай. И такое же было все их ссыльное хозяйство - на один этот день, этот месяц, этот год, безо всякого запаса, дальнего умысла. Они ели, пили, молодые еще одевались. Проходили годы - и так же ничего у них не было, как и в начале. Никакие чечены нигде не пытались угодить или понравиться начальству, - но всегда горды перед ним и даже открыто враждебны. Презирая законы всеобуча и те школьные государственные науки, они не пускали в школу своих девочек, чтобы не испортить их там, да и мальчиков не всех. Женщин своих они не посылали в колхоз. И сами на колхозных работах не горбили. Больше всего они старались устроиться шоферами: ухаживать за мотором - не унизительно, в постоянном движении автомобиля они находили насыщение своей джигитской страсти, в шоферских возможностях - своей страсти воровской. Впрочем, эту последнюю страсть они удовлетворяли непосредственно. Они принесли в мирный, честный, дремавший Казахстан понятие: "украли", "обчистили". Они могли угнать скот, обворовать дом, а иногда и просто отнять силою. Местных жителей и тех ссыльных, что так легко подчинялись начальству, они расценивали почти как ту же породу. Они уважали только бунтарей.

И вот диво - все их боялись. Никто не мог помешать им так жить. И власть, уже тридцать лет владевшая этой страной, не могла их заставить уважать свои законы".

Солженицына в Чечне уважали и любили. Также как и Анатолия Приставкина за его повесть "Ночевала тучка золотая", где рассказывается о времени депортации чеченцев. Имя скончавшегося несколько недель назад Анатолия Приставкина присвоено недавно одной из улиц второго по величине города Чечни - Гудермеса. В целях увековечения памяти писателя городские власти переименовали в его честь улицу Новосельская.