В Москве суд начнет рассмотрение дела о нападении на Людмилу Алексееву

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сегодня Хамовнический суд Москвы начнет рассмотрение дела о нападении на главу правозащитной организации "Московская Хельсинкская группа " Людмилу Алексееву.

Как сообщал "Кавказский узел", Людмила Алексеева подверглась нападению 31 марта, во время акции памяти жертв взрывов в московском метрополитене. В момент, когда 82-летняя правозащитница возлагала цветы в вестибюле станции метро, неизвестный молодой человек ударил ее. Напавший на правозащитницу был задержан милицией, в отношении него возбуждено уголовное дело. 3 апреля подозреваемый в преступлении москвич Константин Переверзев был отпущен под подписку о невыезде решением суда.

Теперь Переверзев будет отвечать по уголовной статье нанесение побоев, передает радиостанция "Эхо Москвы".

Людмила Алексеева не будет требовать жестокого наказания для ее обидчика. Она будет удовлетворена, если нападавшего признают виновным и приговорят к минимальному штрафу. "Достаточно будет штрафа в один рубль", - передает слова правозащитницы, высказанные накануне суда, агентство "Интерфакс".

Ранее защита Алексеевой заявила, что дело о нападении на нее должно быть переквалифицировано на более тяжкую статью Уголовного кодекса.

"Мой адвокат считает, что дело должно быть возбуждено не по 116-й статье ("побои"), а по 282-й статье ("возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства") Уголовного кодекса", - сказала Алексеева, добавив, что в Уголовном кодексе нет статьи, которая защищала бы гражданских активистов, хотя они относятся к "группе риска".

Отметим, что Людмила Алексеева поддержала решение суда об освобождении под подписку о невыезде нападавшего на нее. "Правильно сделали, что отпустили. Он же не нанес мне серьезных повреждений, в таком случае не надо держать человека", - сказала Алексеева.

Переверзев уже признал свою вину и раскаялся. Свое поведение на станции «Парк культуры» он объяснил тем, что в тот день находился в состоянии алкогольного опьянения.