Подсудимая по делу о мошенничестве в МВД заявила о готовности пройти проверку на полиграфе

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Нальчикском городском суде на процессе по делу о мошенничестве при трудоустройстве в органы внутренних дел показания дала подсудимая Оксана Иванова. Она опровергла все обвинения в свой адрес. По словам подсудимой, в то время, когда происходили рассматриваемые события, она была либо на больничном, либо в отпуске.

"Кавказский узел" сообщал, что глава отдела СУ УМВД по Нальчику Оксана Иванова и руководитель отделения по расследованию преступлений несовершеннолетних Марина Приева обвиняются в том, что в 2013-2014 годах завладели двумя миллионами рублей, которые были получены под предлогом содействия в трудоустройстве в полицию. На заседании 14 сентября обвиняемая Марина Приева заявила, что фиктивным трудоустройством занималась основная свидетельница по данному делу Аминат Гетажеева.

Иванова утверждает, что в день, когда были взяты деньги у Карацукова, ее не было на работе

Оксана Иванова сообщила во время судебного слушания 22 сентября, что работала в органах внутренних дел с 1996 года следователем, заместителем начальника отдела и начальником следственного отдела. С апреля 2009 года находилась в декретном отпуске. После декрета некоторое время находилась на больничном и приступила к обязанностям лишь в январе 2012 года.

Подсудимая заявила, что в начале 2012 года взяла кредит в банке на покупку автомобиля, однако машину приобрести не получилось по причине отсутствия нужной модели. Кредит Иванова планировала погашать из тех же кредитных денег. Аминат Гетажеева по собственной инициативе относила в банк деньги для погашения долга Ивановой, мотивируя это тем, что ей также нужно выплачивать в банке деньги за кредит.

Впоследствии Гетажеева утверждала, что Иванова погашала свой кредит деньгами, которые брала у разных людей для трудоустройства. Иванова эти слова опровергает.

По словам Ивановой, 18 сентября, когда Гетажеева взяла деньги для трудоустройства Адама Карацукова, подсудимой не было на работе, так как она готовилась к поминкам по умершей матери, которые состоялись 19 сентября.

В августе 2014 года Иванова, по ее словам, находилась с больным ребенком в клинике в Москве. Ей позвонили с работы и сообщили, что гражданка Килова написала обращение на сайте президента России.

22 сентября 2014 года вышел приказ за подписью министра внутренних дел об увольнении Гетажеевой. Однако ознакомить ее с ним под подпись не удалось, так как Гетажеева ушла на больничный.

20 октября 2014 года сотрудник следственного отдела Сонов сообщил Ивановой, что ему позвонила пенсионерка Башлыкова и сообщила, что Гетажеева взяла у нее в долг три миллиона рублей. Выяснилось, что Гетажеева посещала супругов Башлыковых как следователь и забрала у них сберегательные книжки. Потом она периодически просила у них деньги в долг. Таким образом сумма достигла трех миллионов.

1 ноября 2014 года Гетажеева вышла на работу, и ее под роспись ознакомили с приказом об увольнении за прогулы. В том же месяце в отношении нее было возбуждено уголовное дело. Гетажеева была взята под стражу, затем ее перевели под домашний арест.

"Я верила, что такие понятия, как "алиби" и "презумпция невиновности" что-то значат"

2 марта 2015 года двое мужчин, представившихся сотрудниками УСБ МВД РФ по СКФО, предложили Ивановой поехать в Ессентуки, где располагается их ведомство. Там в отношении Оксаны Ивановой было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела. Она была задержана.

"Они предложили мне взять 51-ю статью и хранить молчание. Я сказала, зачем мне молчать, раз такое дело, расскажу все, что знаю. Я на тот момент еще верила, что такие понятия, как "алиби" и "презумпция невиновности" что-то значат", - рассказала Иванова.

По словам подсудимой, каждый раз после ее допроса проводился допрос Гетажеевой, и та постоянно меняла показания, подстраивая их под показания Ивановой. К примеру, когда выяснилось, что 18 сентября, когда Гетажеева, по ее словам, передала Ивановой деньги, взятые у Карацуковых, подсудимая отсутствовала на работе, в протоколе допроса Гетажеевой появилась фраза "Не помню, то ли она была на больничном, то ли в отпуске, но я ей позвонила, и она приехала на работу".

Гетажеева была допрошена 23 раза, и, по словам Ивановой, следователь ни разу не спросил у нее, почему она постоянно меняет показания. В обвинительном заключении написано, что вина Ивановой доказана "последовательными, правдивыми показаниями Гетажеевой".

Иванова заявила, что была готова пройти проверку на полиграфе, но не у того полиграфолога, который проверял Гетажееву и сказал, что она говорит правду. 

"Единственная моя ошибка, что в силу личных обстоятельств недоглядела за Гетажеевой"

По словам Ивановой, в период содержания под стражей ее и Приеву поместили в спецблок для террористов, где содержались даже осужденные на пожизненное заключение.

"Нас вывозили на следственное действие в ИВС, при этом мы никогда не знали, какое действие будет проводиться. Нам говорили: "С вещами на выход". Иногда сидели в ИВС по пять суток", - рассказала Иванова.

На ее здоровье (у нее сахарный диабет) такие физические и моральные лишения сказались неблагоприятно.

Иванова призналась, что однажды звонила Ульясову (бывший начальник отдела кадров МВД по КБР) с просьбой пропустить Карацукова в здание МВД. "Если бы я была как-то заинтересована в трудоустройстве Карацукова, я бы позвонила начальнику ГИБДД, который является моим троюродным братом. Зачем мне нужен был Ульясов?" - отметила Иванова. Кроме того, она сообщила, что все события, связанные с Карацуковым, происходили в то время, когда она находилась в Москве.

Иванова опровергла показания Гетажеевой о том, что деньги у пенсионеров Башлыковых та брала, чтобы вернуть людям, которым обещала трудоустройство. Иванова отметила, что деньги Башлыковых Гетажеева взяла позже, чем вернула деньги Санжаповым, а Омаровой деньги и вовсе возвращены не были.

По словам Ивановой, следствие не обратило внимания на то, что все, кого обещала трудоустроить Гетажеева, были либо ее односельчанами, либо ее родственниками и знакомыми. 

Гетажеева имела знакомых в СУ МВД по СКФО, и, по словам подсудимой, это знакомство она использовала для того, чтобы переложить свою вину на Иванову и Приеву.

"В этом деле моей вины нет. Единственная моя ошибка, что в силу личных обстоятельств недоглядела за Гетажеевой. Ни одной копейки от Гетажеевой я не получила", - заявила Иванова.