Возможен ли мир в Чечне?

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В вашингтонском фонде "Карнеги за международный мир" состоялось выступление депутата государственной Думы России, правозащитника Сергея Ковалева с докладом на тему "Возможен ли мир в Чечне?"

Сергей Адамович Ковалев - российский государственный деятель, депутат государственной думы, правозащитник, соратник академика Андрея Сахарова. В 74 году был осужден за правозащитную деятельность и приговорен к семи годам заключения и ссылке. Он - лауреат более десяти международных премий, почетный доктор ряда европейских университетов. В 95 и 96 годах его кандидатура выдвигалась на соискание Нобелевской премии мира. В 2000 году Ковалев стал лауреатом премии Кеннеди.

"На Западе российская пропаганда энергично внедряет мнение, будто бы в Чечне развивается трудный, но постепенный и значительный прогресс. "И хотя нарушения прав человека, к сожалению, имеют место, - говорят российские пропагандисты, - но их все меньше и меньше, и недалеко то время, когда положение будет нормализовано", - так начал свое выступление Серей Ковалев в Вашингтоне.

Докладчик констатировал, что многие западные наблюдатели, в том числе и из Совета Европы, постоянно поддерживали эту линию русской пропаганды, и внесли свой, далеко не положительный вклад в то, как мировое общественное мнение и американское правительство воспринимают события в Чечне.

Как же обстоит дело в действительности? "В настоящее время, - продолжал Ковалев, - чеченские города и населенные пункты все реже подвергаются артиллерийским обстрелам и бомбардировкам с воздуха, потому что такие бои больше не с кем вести. Война в Чечне стала типичной партизанской войной, открытых вооруженных столкновений практически не происходит, и применять артиллерию, ракетную технику и стратегическую авиацию нет необходимости за отсутствием противника".

Тем не менее, как отмечает Сергей Ковалев, нарушения прав человека в Чечне продолжаются и выражаются они в применении военными насилия к мирному населению. Ковалев привел следующие цифры: "Примерно с первого по 19 января 2003 года, в Чечне было убито 22 мирных жителя. Это неполные сведения, это только то, что было доступно нашей проверке - когда я говорю нашей, я имею ввиду постоянную миссию общества ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) в Чечне. По этим же нашим сведениям, за это время в Чечне был задержан 61 мирный житель, из них о 29 ничего не известно до сих пор. Сколько из них будет обнаружено потом в живых, а сколько пополнит тот список убитых, мы не знаем".

На основании данных об обнаружении в Ханкале, Горагорске, и, совсем недавно, в ближайших окрестностях Грозного массовых захоронений трупов, свезенных из разных районов Чечни, Сергей Ковалев пришел к твердому убеждению, что в Чечне действуют "эскадроны смерти", которые не только убивают мирных жителей, но даже взрывают трупы, чтобы они не могли быть опознаны.

Далее Сергей Ковалев остановился на предстоящем 23 марта референдуме, на котором должна быть принята новая конституция Чеченской республики: "Такие референдумы, как и любые другие голосования в таких условиях, которые существуют сейчас в Чечне, категорически запрещаются действующим в России законодательством и международными нормами. Если говорить о референдуме в сегодняшних условиях, - продолжал Ковалев, то очень легко представить себе, как бы он проходил, боюсь - как он будет проходить, потому что, боюсь, что московские власти не откажутся от своего намерения. Сторонники Масхадова, открыто заявившие о себе, очень сильно рискуют оказаться на броне бронетранспортеров и потом в числе исчезнувших. Вот вам, свобода волеизъявления. Я думаю, что вся эта затея с референдумом преследует достаточно очевидную цель. Довольно вяло, но все таки Москву упрекают в том, что она не ищет мирных решений сложной чеченской проблемы. Вот теперь московские пропагандисты говорят мировому общественному мнению: вот вам первый мирный шаг. Как вы думаете, почему Масхадов, Закаев и люди такого плана оказываются теперь с точки зрения пропагандистов Москвы самыми страшными бандитами, самыми страшными военными преступниками? Именно потому, что эти люди наиболее сдержанные и взвешенные из действующих в Чечне лидеров. Они вменяемы и наиболее готовы к переговорам. А Москва переговоров не хочет, и задуманный референдум есть отчетливый способ вывести людей этого толка, людей, готовых к переговорам, желающих переговоров, за рамки политического процесса".

На какие результаты референдума надеется Москва? "Как говорилось еще в сталинские времена - неважно, кто голосует, важно, кто считает, - сказал Сергей Ковалев. - Население голодает и рассчитывает хоть на крохи гуманитарной помощи, поэтому в списки для референдума записывают всех - покойников, дальних родственников, далеких знакомых, которые непонятно, где живут, и так далее. Кроме того, в списках будут и российские солдаты, находящиеся в Чечне, которые придут на избирательные участки строем. Эти фальсификации нужны для того, чтобы, во-первых, дезориентировать мировое общественное мнение; во-вторых, закрепить упрямое намерение Москвы иметь в Чечне марионеток, типа Кадырова, которых Москва посадит, и не сделать ни шагу в поисках мирного решения чеченской проблемы, - сказал в заключение докладчик.

После его выступления я попросил Сергея Ковалева ответить на вопрос по теме доклада "Возможен ли мир в Чечне?"

"Конечно возможен, - сказал он. - Для этого нужно вести переговоры, вероятно с широким составом участников. Но начинаться эти переговоры должны с легитимными лидерами Чечни, а именно - с президентом Масхадовым и членами парламента. Переговоры эти не могут быть легкими, но начало этих переговоров, я бы сказал, очевидно и банально. Надо договориться о прекращении огня или хотя бы о стабильном перемирии".

Опубликовано 19 февраля 2003 года