Юристы сочли возможным новый допрос свидетеля по делу об убийстве Хангошвили

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Суд в Берлине вправе повторно допросить харьковского предпринимателя, который на заседании затруднился опознать своего родственника в обвиняемом в убийстве Зелимхана Хангошвили, а затем публично объяснил это опасениями за личную безопасность, указали опрошенные "Кавказским узлом" немецкие юристы.

Как писал "Кавказский узел", 29 июля муж сестры Вадима Красикова, предприниматель из Харькова Александр В. заявил в суде в Берлине, что Красиков работал в "диверсионном подразделении российских вооруженных сил". Обвиняемый в убийстве Зелимхана Хангошвили похож на Красикова, сообщил он, но не смог уверенно опознать обвиняемого. Нежелание опознать в суде офицера российской спецслужбы Вадима Красикова в обвиняемом по делу об убийстве Зелимхана Хангошвили было связано с опасениями за личную безопасность, рассказал родственник Красикова в интервью журналистам ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу)*, ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) и Der Spiegel. 

Следующие заседания суда по делу об убийстве Зелимхана Хангошвили состоятся в Берлинском окружном суде района Тиргартен 31 августа и 1 сентября, сообщила корреспондент телеканала "Ost West" Валерия Добральская, которая следит за процессом.

"На новых заседаниях сенсаций не ожидается. В целом, процесс замедлился, заседания стали проходить редко, до приговора еще далеко", - рассказала о ходе судебных слушаний корреспонденту "Кавказскому узлу"  Валерия Добральская.

По словам Добральской, на 39-м заседании суда, прошедшем 29 июля, свидетель обвинения Александр В. выглядел неуверенно: "Он заявил, что Красиков похож на того, о ком он думал, но это не тот человек, которого он ожидал увидеть. Судья спросил, кого он ожидал увидеть, он ответил, что мужа сестры жены. Якобы он видел его давно и мельком, и о татуировках его тоже якобы ничего не знает", - рассказала журналистка.

В ходе заседания стало известно, что в Украине, где проживает Александр В., на территорию его фирмы была брошена граната, об этом сам свидетель заявил на суде. "Но он не связывал это с процессом над Хангошвили. Он сказал, что является арбитражным управляющим в Украине, поэтому у него много врагов, и произошел такой случай", - пояснила Добральская.

Уже после дачи показаний на суде свидетель дал интервью изданиям ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) и ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу)* в котором заявил, что в суде чувствовал себя неуверенно, так как ему не были предоставлены гарантии защиты Но Вадима Красикова он узнал совершенно определенно, пояснил свидетель, рассказав, что Красиков ему подробно не рассказывал о своей работе, но заявлял, что правды сказать не может, а врать - не хочет. По косвенным признакам Александр В. понял, что Красиков работает на спецслужбы России. Александр В. также заявил, что готов вернуться в суд для изменения своих первоначальных свидетельских показаний, так как считает, что это снизит возможные риски для него. 

Собеседница затруднилась ответить, присутствовал ли на заседаниях суда представитель посольства России.

Пресс-служба суда на запрос корреспондента "Кавказского узла" о плане допросов на следующих заседаниях не ответила.

Председатель исполнительного комитета рабочей группы по уголовному праву Немецкой коллегии адвокатов Дирк Ламмер рассказал корреспонденту  "Кавказского узла" о возможности смены показаний свидетелем.

"Уголовно-процессуальный кодекс Германии предусматривает, что свидетель, который был заслушан в ходе судебного разбирательства, больше не заслушивается. Однако, если во время текущего основного слушания есть признаки того, что свидетель не сказал правду - в вашем примере, публичное заявление свидетеля, которое противоречит его показаниям на основном слушании - это определенно важно", - сказал юрист.

Защита или прокуратура могут потребовать повторного заслушивания свидетеля, поскольку он предоставит информацию, отличную от предыдущего заявления, пояснил Дирк Ламмер. "Затем суд должен проверить, действительно ли затронуты вопросы, относящиеся к принятию решения по этому делу, и, при необходимости, снова вызвать свидетеля. Инициатива должна быть, естественно, с той стороны, для которой новые показания важны", - заявил Дирк Ламмер.

Однако, по словам Дирка Ламмера, суд и сам может решить повторно допросить свидетеля. "Свидетель также может сам явиться в суд и заявить, что он хочет исправить или изменить свою информацию. Даже в этом случае суд, который обязан полностью прояснить факты, должен проверить, уместен ли повторный вызов свидетеля. Независимо от каких-либо запросов суд должен, в рамках своей обязанности по предоставлению исчерпывающих разъяснений, как правило, проверять, нужно ли повторно вызывать свидетеля, если суду становится известно, что свидетель изменил свои показания или хочет их изменить", - рассказал юрист.

Но даже если повторный запрос состоится, судья должен решить, какой информации верить, пояснил он. "Если свидетель снова допрошен, суд должен затем, в рамках оценки доказательств, проверить, каким показаниям свидетеля он верит. Особенно важно, какие причины приводит свидетель для изменения своих показаний. Суд может либо поверить первым показаниям, либо вторым, либо частям первого и второго заявления, либо вообще ни в чем не поверить свидетелю. Изменение показаний, а вместе с тем и признание ранее сказанного неправдой, то есть лжесвидетельствования, конечно, значительно снижает доверие к свидетелю в целом", - пояснил Дирк Ламмер.

Суд может учесть, что повторными показаниями свидетель устранил опасность вынесения неправильного приговора. "В случае повторного допроса свидетеля существует очевидный риск того, что он будет наказан за ложные показания. Если суд поверит новым показаниям, наказание за первые ложные показания, безусловно, смягчает то факт, что свидетель исправлением собственных показаний предотвратил вынесение неправосудного приговора, основанного на его первых ложных показаниях, то есть, исправил нанесенным им "вред",  - подытожил Дирк Ламмер.

С Дирком Ламмером согласен немецкий юрист, специалист по уголовному праву Тим Буркерт. "Если бы это было мелкое дело, то с повторным допросом свидетеля никто бы не стал связываться. Допустим, подсудимый оправдан благодаря лжесвидетельству, но и свидетель должен нести ответственность за свое лжесвидетельство, в котором он признался. За такое никто, во всяком случае из адвокатов, не возьмется. Иное дело - политический громкий процесс", - заявил он корреспонденту "Кавказского узла".

В таком случае понятно, что свидетеля не будут сажать за лжесвидетельство. Если адвокат от имени свидетеля свяжется с судом и скажет "он хочет поменять показания", то  объяснения свидетеля о том, что он боялся за свою жизнь, будут заслушаны судом, но другой вопрос, сочтут ли их достоверными, пояснил юрист.

"В отличие от защиты свидетеля непосредственно в день дачи показаний, которую предоставить легко, судебная защита и после заседания возможна, но свидетель должен понимать, что в этом случае он просто "исчезает". Полиция поменяет ему документы и вообще удалит любые следы, по которым можно будет вычислить его местонахождение, и, конечно, сам свидетель должен будет выполнять определенные требования полиции, чтобы себя не обнаружить. То есть, это очень серьезная процедура и для начала сам свидетель должен быть на нее согласен", - заявил Тим Буркерт. 

Напомним, Зелимхан Хангошвили был убит в Берлине 23 августа 2019 года. Один из двух задержанных обвинен в убийстве и незаконном обороте оружия. По данным прокуратуры Германии, он "действовал по поручению госструктур центрального правительства России" и совершил убийство либо ради вознаграждения, либо потому, что разделял мотивы заказчика.

На "Кавказском узле" опубликован справочный материал "Убийства критиков Кадырова в странах Евросоюза".

* приведен фрагмент сообщения, созданного и распространенного иностранным СМИ, выполняющим функции иностранного агента.