Детали похищений жителей Чечни опубликованы в День жертв насильственных исчезновений

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Родственники трех молодых людей, похищенных в Чечне во время второй чеченской кампании, рассказали, что до сих пор не знают об их судьбе. Без вести пропавшими в республике числятся, по разным данным, от 4000 до 7,7 тысячи человек, следует из публикации "Правовой инициативы"*, приуроченной к Международному дню жертв насильственных исчезновений.

День жертв насильственных исчезновений отмечается с 2011 года

Международный день жертв насильственных исчезновений отмечается 30 августа в соответствии с резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 21 декабря 2010 года. В этой резолюции Ассамблея выразила "серьезную обеспокоенность, в частности, увеличением числа насильственных или недобровольных исчезновений в различных районах мира, включая арест, задержание и похищение, которые являются частью насильственных исчезновений или равнозначны им", а также растущим числом сообщений о преследовании, жестоком обращении и запугивании, которым подвергаются свидетели исчезновений или родственники пропавших.

"Исчезновение приносит страдания, парализующее как жертву, которую зачастую пытают и которая постоянно опасается за свою жизнь, так и членов ее семьи, которым ничего не известно о судьбе своих близких, у которых надежда сменяется отчаянием, которые беспокоятся и ожидают, иногда годами, известий, которых они могут никогда не получить. Оставшись без защиты закона и «исчезнув» для общества, они фактически лишены всех прав и целиком зависят от милости своих похитителей", - говорится в публикации, размещенной на русскоязычной версии сайта ООН.

Инициатива учреждения этой даты принадлежит Латиноамериканской федерации ассоциаций родственников задержанных-исчезнувших, уточнила 27 августа на своем сайте "Парламентская газета".

По различным данным, за последние 30 лет на Северном Кавказе были похищены и пропали без вести от 7 тысяч до 8 тысяч человек, сообщил 30 августа 2020 года ингушский правозащитник Магомед Муцольгов в своем блоге на "Кавказском узле".

"Каждый год на Северном Кавказе «бесследно» исчезают люди, и к огромному сожалению, их число измеряется тысячами. Конечно, люди пропадают и в других регионах, но природа этих исчезновений разная.  Тысячи людей, похищенных или пропавших без вести на Северном Кавказе за последние десятилетия, - это жертвы волны насилия, где главным его источником выступают облеченные властью люди", - написал правозащитник.

Данные о числе пропавших в Чечне разнятся

Проект "Правовая инициатива"* подготовил мультимедийный лонгрид на тему насильственных задержаний, которые, как утверждается в публикации, были самой распространенной формой нарушений прав человека во время второй чеченской кампании. Публикация "Без вести задержаны. Истории людей, похищенных во время Второй Чеченской войны (1999-2009)" размещена сегодня на сайте "Такие дела" и приурочена к Международному дню жертв насильственных исчезновений.

Оценки численности пропавших разнятся, отмечается в публикации. Так, список Центра гражданского содействия розыску пропавших без вести  на Северном Кавказе при Миротворческой миссии имени генерала Лебедя содержит 7770 имен, а в базе данных Центра документации имени Натальи Эстемировой фигурируют имена 5131 бесследно исчезнувших людей за годы войны в Чечне. По статистике аппарата уполномоченного по правам человека в Чечне, около 4000 человек пропали в годы второй чеченской кампании, указала "Правовая инициатива"*.

"ЕСПЧ признал по 232 делам «Правовой инициативы»* в связи с исчезновением 394 человек, пропавших во время второй чеченской войны и после нее, что российские власти ответственны за насильственные исчезновения людей в Чечне, Ингушетии и Дагестане. Во всех случаях суд установил, что «в связи с исчезновением родственника и невозможностью выяснить его судьбу заявитель испытывал и продолжает испытывать горе и страдания. Характер реагирования властей на обращения заявителя должен быть признан бесчеловечным обращением в нарушение Статьи 3 Конвенции». Большинство наших заявителей не считают своих исчезнувших родственников умершими и надеются их найти. К сожалению, никто из них не получил определенную информацию о судьбе пропавших", - говорится в публикации.

Родственники рассказали о безуспешных поисках похищенных

На сайте проекта приведены рассказы родственников трех молодых людей, похищенных в Чечне в те годы. Так, Асламбека Алиева и его двоюродных братьев в 2002 году задержали военные и увезли из дома в Шали, где они изготавливали свечи. После этого семье начали подбрасывать записки от Асламбека.

В течение двух лет за него требовали выкуп в 30 тысяч долларов, причем матери дважды показали сына живым. Семья не смогла собрать деньги. "В то время вообще ни у кого не было денег. Мой отец ходил, везде просил — не было. Были деньги у тех, кто убивал, у тех были деньги, а у простых людей не было. Я рыдала, умоляла: «Дайте мне еще время». Я заняла у одной женщины 1500 долларов под 15 процентов, собрала золото, драгоценности — соседки кольца, серьги свои мне отдали, я собрала все в носовой платок. И с золотом, деньгами поехала, куда мне сказали. Меня сразу забрали, как обычно. Они едут и переговариваются по рации: «У нее мало с собой бумаг». Я показываю золото. Тот, кто сидел рядом, говорит: «Нам это не надо. Нас шесть человек, нужно делить, нам деньги нужны»", - рассказала, в частности, мать Асламбека Малика.

Вторая история посвящена 21-летнему студенту Магомед-Эми (Зелимхану) Кудаеву, похищенному ночью из собственного дома в 2004 году. "Слышу во дворе шум, выхожу — человек 10-12 вооруженных людей вошли в дом. Спрашиваю: «В чем дело?». На меня наставили автомат: «Стоять!». Среди них были и русские, и чеченцы. Я через них протолкнулась в кухню, где жили сын со снохой, и вижу, он натягивает на себя джемпер, надел кроссовки на голые ноги. Я сразу в него вцепилась и стала кричать, звать на помощь — никто не пришел, соседи боялись за свою жизнь, я не осуждаю их... Я умоляла, плакала, встала на колени: «В чем дело, в чем он провинился?» Мне никто не ответил. Один развернулся (я помню большие глаза), наклонился ко мне и хотел что-то сказать, но другие его прервали: «Пойдем-пойдем!». Сына схватили, оторвали от земли и понесли. Он не вырывался. Видимо думал, что иначе военные навредят нам. Мы бежали за ними, я бросила вслед булыжник. Они стали стрелять по нам. Сын вступился: «Не стреляйте» — последние его слова, что я слышала", - приводятся в публикации слова Яхиты, матери Кудаева.

По данным "Правовой инициативы"*, после похищения в дом родственников Кудаева пришел молодой человек Якуб и рассказал, что несколько дней был заточен в подвале вместе с Зелимханом. Якуба вытащили из плена родственники, а Зелимхана так и не нашли. "Восемь лет я ходила, мыкалась, стучалась во все инстанции, обивала пороги… Было заведено уголовное дело о похищении, но все безрезультатно", - рассказала Яхита.

В третьем сюжете рассказывается о студенте Имрана Джамбекова, который был задержан военными в 2002 году в собственном доме в селе Гойты. "Легли спать, как обычно, примерно часов в 10. Открывается дверь — толпа народу, человек 15–20. Автоматчик направляет на меня оружие. Только они зашли, и сразу его с постели на пол — он лежит лицом вниз на полу. Выбегаю на улицу, там стояли два БТРа, туда затаскивали моего сына. Я с криком за ними, БТРы двинулись и уехали в сторону Урус-Мартана. Я недели две возила вещи сына, думала: сегодня-завтра отпустят", - рассказала мать Джамбекова Зайнап. 

С тех пор родственники не получали никакой информации об Имране. "Сколько трупов я переворошила, сколько останков... Однажды нам рассказали, что возле водоканала тоже есть трупы. И представляете, там на деревьях висели останки ребят, которых они взрывали. С нами была Роза Магомадова — у нее единственного сына забрали. Она узнала брюки сына, которые сама штопала. [...] После всей информации, которую ты впитал о том, что происходило, что вытворяли над ними, я надеюсь, что его нет в живых. Почти 20 лет где-то в подвале или за решеткой — такой жизни я ему не желаю. Хотя хочется, очень хочется увидеть его", - приводятся в публикации слова матери Джамбекова.

* организация включена Минюстом России в реестр НКО-иноагентов.