Аналитики связали открытие епархии РПЦ в Армении с политикой Кремля

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Россия пытается упрочить свое присутствие в Армении на фоне конкуренции с Западом, и для этого принято решение об открытии епархии Русской православной церкви, считают опрошенные "Кавказским узлом" армянские аналитики. По их словам, РПЦ не имеет влияния на внутреннюю жизнь Армянской апостольской церкви.

Как писал "Кавказский узел", 15 октября Священный синод Русской православной церкви принял решение о создании на территории Армении Ереванско-Армянской епархии РПЦ.

Утверждение о вторжении Русской православной церкви на каноническую территорию Армянской апостольской церкви – неверное, но открытие епархии РПЦ является попыткой России закрепить свое присутствие в Армении, заявил корреспонденту "Кавказского узла" 19 октября политолог Андриас Гукасян.

Он отметил, что Армения играет серьезную геополитическую роль на Южном Кавказе, и Россия опасается усиления влияния Запада. По его словам, именно из-за конкуренции с Западом, в частности, с Францией и США Россия меняет вектор отношений с Арменией.

"Период, когда в России относились к Армении "а куда она денется" и тратить ресурсы нет необходимости, прошел. Ожидаются серьезные изменения, в том числе в вопросе Арцаха (Нагорного Карабаха). Возможно принятие резолюции Совбеза ООН, которая определит статус Арцаха (Нагорного Карабаха) и проблему безопасности. В России понимают, что у Армении есть геополитический выбор. Очевидно, что Россия намерена развивать по всем направлениям свое присутствие. И открытие епархии – один из инструментов российской политики", – пояснил Гукасян.

Еще рано говорить о дискурсе по этому вопросу в армянском обществе, так как заявление об открытии епархии недавнее, добавил политолог. "Кроме того, в Армении лояльно относятся к подобным вопросам, и открытие епархии не будет воспринято как экспансия. Большинство армян принадлежат к ААЦ, ее позиция настолько сильная, что РПЦ не может угрожать ААЦ. Конечно, в Армении живут русские, среди них есть верующие. Но есть одна особенность: большая часть русских в Армении – это староверы-молоканы, которых переселили из-за религиозных взглядов", – сказал он.

Гукасян поставил под сомнение эффективность миротворческой миссии РПЦ. "Духовные лидеры Армении и Азербайджана встречались под эгидой РПЦ. Но эта миссия была неэффективной. У России были возможности на дипломатическом и политическом уровне урегулирования конфликта. Процессы сопровождали вспомогательные форматы – гражданское общество и религиозные структуры. Но все это эффекта не дало и никак не воспрепятствовало возобновлению войны", – подчеркнул политолог.

Политический обозреватель Акоп Бадалян назвал решение об открытии епархии РПЦ политическим из-за конкуренции России с Западом. По его словам, геополитические центры стремятся распространить свое влияние военным, духовным или гуманитарным путем.

"Россия заявила о применении в Армении "мягкой силы", но это далеко не так. "Мягкая сила" подразумевает заманчивость распространения влияния. Россия действует "топорной силой". Когда вместо открытия центров языка и реализации образовательных программ, как это делают те же американцы, требуют придать русскому языку официальный статус, это отталкивает общество <...> "Мягкой силой" распространяет влияние Запад, который финансирует различные программы и помогает развитию. У России же развита только коррупционная система и может содействовать развитию в логике коррупции", – заявил он корреспонденту "Кавказского узла".

Бадалян затруднился сказать, было ли политическое давление на открытие епархии, тем не менее, Кремль, по его словам, не стал бы возражать, если РПЦ смогла бы договориться по этому вопросу с ААЦ. "Основной вопрос: какой интерес преследовала армянская сторона в открытии епархии? От этого зависит оценка ситуации. То, что это шаг распространения влияния – бесспорно. Но называть открытие епархии вторжением я бы не стал. Византии не удалось вторгнуться в ААЦ», - подчеркнул политобозреватель.

Он также усомнился в эффективности миротворческой миссии РПЦ. "Было несколько встреч духовных лидеров Армении, Азербайджана и России. Однако результата они не принесли. Политика военного шантажа и пропаганды ненависти Баку не удостоилась реакции главы РПЦ. Не было также осуждения агрессии против Арцаха (Нагорного Карабаха). Мы не увидели ни одного пленного, освобожденного при содействии РПЦ. Возникает вопрос, а в чем заключалась миссия? Единственный ответ – в российской политике РПЦ является инструментом по духовной линии. В логике региональной державы эта политика понятна, но она ничего общего с миротворческой деятельностью не имеет. Это механизм решения российских вопросов", – пояснил Бадалян.

Политолог Армен Варданян считает открытие епархии РПЦ проявлением "мягкой силы".

"Россия поняла, что проиграла Западу, и пытается восполнить пробелы, входя также в духовное поле, чтобы приобрести какое-то влияние. Как в свое время Византия пыталась, распространив свое влияние на церковь, распространить влияние на армян, скорей всего, и Россия преследует такие цели», - заявил он корреспонденту «Кавказского узла».

Россия стремиться поглотить Армению, пытаясь установить влияние и на духовном поле, добавил Варданян. "В Армении малочисленная община русских, исповедующих православие. Большинство русских – молокане. И открытие епархии – свидетельство намерений России усилить свое влияние", – предположил политолог. У армян есть механизмы самозащиты, нет опасений, попасть под влияние РПЦ, поэтому и дискурса в обществе нет, отметил он.

По его словам, миротворческие инициативы РПЦ ограничиваются встречей духовных лидеров и носят символический характер и для Армении, и для Азербайджана. "Миссия РПЦ – неэффективна и фиктивна и преследует исключительно политические цели в интересах России", – подчеркнул Варданян.

Теологические и обрядовые отличия не становились предметом обсуждения ААЦ и РПЦ, заявил корреспонденту "Кавказского узла" историк Ваге Торосян.

Он отметил, что, в отличие от Византии, Россия не ставила вопрос изменения церковных обрядов ААЦ. По его словам, Россия пыталась установить административный контроль над ААЦ. "В XIX веке теологические вопросы стояли не так остро, как в Средневековье. В Средние века теологическая политика в международных отношениях играла существенную роль, в XIX-XX веках потеряла значение", – сказал историк.

Однако России удалось то, чего Византия не могла добиться веками, добавил Торосян. "В 1836 году в России было принято "Положение", согласно которому католикос всех армян рукополагался императором России. Ему предлагали двух кандидатов, из которых он выбирал главу ААЦ (действовало до 1917 года, – прим. "Кавказского узла"). В конце XIX века в Российской империи закрылись приходские школы, в начале XX века – в 1903 году – был указ об изъятии имущества ААЦ. В частности, школы были закрыты из опасений, что ААЦ, будучи просветительским центром, могла содействовать национально-освободительной политике", – пояснил он. Сегодня РПЦ не имеет влияния на внутреннюю жизнь ААЦ, и открытие епархии не может изменить ситуацию, подчеркнул историк.