Жительница Махачкалы почти восемь лет добивается наказания виновных в смерти сына

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сын жительницы Махачкалы Гульнары Багаудиновой Вали, по версии следствия, был убит при нападении на силовиков. Сына задержали из-за ношения бороды, до смерти избили, а потом инсценировали нападение, считает Гульнара Багаудинова, рассказ которой опубликовал портал Daptar.  

По версии следствия, Вали Багаудинов 1 ноября около 11 часов на заброшенной заправке в Буйнакске открыл стрельбу в силовиков, которые попросили его показать документы. Ответным огнем он был убит, утверждает следствие. Уголовное дело было заведено по статьям о посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа (статья 317 УК РФ) и незаконном ношении огнестрельного оружия (часть 1 статьи 222 УК РФ).

Вали был единственным сыном Гульнары Багаудиновой. В Махачкале он работал таксистом, снабженцем, но денег, чтобы прокормить жену и ребенка, не хватало. В 2010 году Вали устроился работать туристическим гидом в Дубай, куда потом планировал перевезти семью. В Дубае он отпустил бороду, так как посещать мечеть там без нее было непринято, говорится в материале журналистки Daptar Лиды Тимофеевой "Убив сына, они изуродовали мою жизнь".  Дагестанка Гульнара в поисках возмездия".

В 2014 году ей предстояла серьезная операция и, опасаясь за ее исход, она попросила Вали приехать в Махачкалу. Сын навещал ее каждый день, а потом еще два месяца ухаживал за ней дома после выписки.

По словам Багаудиновой, рассказ которой приводится в материале, она неоднократно просила сына сбрить бороду, так как в Дагестане в то время ходить в таком виде было опасно. Однако сын отказывался.

1 ноября 2014 года Вали на белой "Ладе Приоре", которая принадлежала Гульнаре, привез мать с работы домой. Вечером они вместе собирались поехать к родственникам помогать готовиться к свадьбе. Около пяти часов вечера сын позвонил Гульнаре и сказал, что заедет за ней через полчаса, а по дороге заедет на заправку. Однако в назначенное время Вали не приехал, его телефон оказался недоступен. В поисках сына Багаудинова обзвонила родных, все больницы Махачкалы, отделы полиции, морг. Племянница Гульнары Хаписат посоветовала написать заявление в полицию на угон машины, рассказала Багаудинова.

Вскоре после подачи заявления позвонил полицейский и сказал, что, судя по камерам, машина с такими номерами ехала на большой скорости по трассе в Буйнакск, а за рулем сидел человек в камуфляжной форме. Вскоре Хаписат позвонил другой сотрудник полиции, знакомый семьи. "Он сообщил, что наша машина расстреляна: внутри было два человека, один убит, второму удалось убежать. Я до последнего надеялась, что сбежавший – это мой сын, пусть раненый, но живой. Хаписат уже знала правду, она так сказала, чтобы меня сразу не убило горем", – рассказала Багаудинова.

Позднее тело Вали нашли в морге – целлофановый пакет, в котором оно находилось, был в крови, у мужчины были сломаны нога, пальцы, нос, пробит череп, вспоминает мать.

Женщина рассказала, что двое нанятых адвокатов не смогли ничем помочь, третий адвокат добилась, чтобы ей предоставили данные биллинга телефонов четверых силовиков, которые, по версии следствия, защищались от Вали. Оказалось, что они не дежурили в день смерти Вали в Буйнакске и созванивались друг с другом, хотя, как утверждает следствие находились вместе. Кроме того, на правой стороне "Приоры", изрешеченной пулями, была вырвана ручка, а со стороны водителя на двери – вмятина и следы от вскрытия монтировкой. "Все лобовое стекло было в следах от пуль, если бы мой сын в это время находился в машине, как утверждает следствие, от его головы ничего бы не осталось", – говорит Багаудинова.

Она считает, что 1 ноября 2014 года сына силой привезли в отдел силовой структуры, допрашивали о связях с террористами, а потом пытали. Пытаясь скрыть следы преступления, его уже мертвого посадили в машину и по дороге в Буйнакск инсценировали нападение – расстреляли машину, а в тело Вали выпустили 17 пуль, полагает мать.

В декабре 2019 года Верховный суд Дагестана прекратил уголовное дело против Багаудинова в связи с его смертью, в марте 2020 года в Сочи 3-й Апелляционный суд общей юрисдикции оставил это решение в силе. В течение пяти лет, пока шло следствие, Гульнара добивалась, чтобы были найдены виновные и в отношении них возбудили уголовное дело об убийстве (статья 105 УК РФ). 

После смерти Вали прошло почти восемь лет, и Багаудинова все еще пытается добиться справедливости.  "Я не единственная такая мать. Нас много. Я до последнего вздоха буду продолжать свою борьбу, бить во все колокола, чтобы все узнали – мой сын не виновен", - говорит она.

Багаудинова рассказала, что после гибели сына она перенесла еще две операции, у нее часто случаются нервные срывы, мучают головные боли, она плохо ходит. Она осталась совершенно одна, без помощи: ее некому отвезти в поликлинику, а покупать продукты ей помогают ей соседи. 

"Кавказский узел" также писал, что живущий в Германии 77-летний Алимпаша Амаев пожаловался на то, что следователи за девять лет не довели до суда дело о пытках, которым его подвергли силовики в Хасавюрте в 2006 году. Нерасследованным остается и дело другого уроженца Дагестана, которого истязали вместе с Амаевым, сообщил 22 июля руководитель Gulagu.net Владимир Осечкин.

* 21 марта Тверской суд Москвы запретил в России деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) в связи с экстремистской деятельностью.