Аналитики объяснили причины популярности знахарей и гадалок в Чечне

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Популярность знахарей и гадалок в Чечне обусловлена недоверием жителей к официальной медицине и потребностью в психологической поддержке в условиях жесткой политики властей, считают опрошенные "Кавказским узлом" аналитики. По их мнению, публичное преследование оккультистов в республике не устраняет спрос на их услуги, а лишь способствует росту интереса к ним.

Как информировал "Кавказский узел", 13 июля в соцсетях распространился видеорепортаж государственного телеканала "Грозный" о пресечении деятельности колдуньи. Руководитель Центра исламской медицины Адам Эльжуркаев отчитал жительницу Грозного, которая будто бы занималась оккультизмом. Отчет властей о пресечении деятельности колдуньи вызвал иронию у жителей Чечни.

В популярности гадалок и знахарей в Чечне определенное значение сыграло недоверие местных жителей к официальной медицине, отметил администратор одного из оппозиционных чеченским властям интернет-ресурса.

"Система здравоохранения в Чечне не способна предоставить людям качественную помощь, что вынуждает их обращаться к народным средствам и мистике от безысходности", – сказал он на условиях анонимности корреспонденту "Кавказского узла".

Из-за жесткой политики властей жители республики нуждаются в человеческом сочувствии и психологической разрядке, которую они не могут получить в государственных учреждениях, продолжил он. "Поход к знахарю или гадалке для многих становится единственным доступным и относительно конфиденциальным способом выговориться, найти понимание и получить хоть какую-то иллюзию поддержки", – пояснил аналитик.

Публичные порицания и унизительные извинения на камеру дают обратный эффект, поскольку превращают преследуемых целителей в глазах жителей Чечни в своеобразных жертв режима, полагает он.

"Когда государственная пропаганда круглосуточно крутит сюжеты о "могущественных колдунах", ломающих судьбы, обыватель невольно начинает верить в их реальную сверхъестественную силу", – отметил администратор интернет-ресурса.

Преследование со стороны властей не только загоняет рынок оккультных услуг в подполье, но увеличивает интерес со стороны жителей к нему. А тот факт, что власти подвергают преследованию не только самих оккультистов, но и их клиентов, является показателем неэффективности борьбы с предложением оккультных услуг, из-за чего пришлось перейти к подавлению спроса, подчеркнул он.

"Переход к травле и публичному унижению простых клиентов – это явная расписка режима в собственном бессилии и невозможности искоренить то, что диктуется самой человеческой природой и тяжелой жизнью в республике. Вместо решения реальных социальных проблем [власти] расширяют масштаб преследования, пытаясь запугать общество до такой степени, чтобы люди боялись даже думать о поиске альтернативных путей решения своих бед", – подчеркнул аналитик.

Деятельность Центра исламской медицины в Грозном и преследование частных целителей – это классический пример борьбы за монополию на рынке сакральных услуг под эгидой властей, считает религиовед Леонид Сюкияйнен.

"С точки зрения ортодоксального ислама, грань между дозволенным лечением молитвами и тем, что власти называют "колдовством", часто бывает весьма размытой и зависит исключительно от интерпретации. Государственный центр фактически легитимизирует те же трансцендентные практики: изгнание джиннов, снятие сглаза, но делает это в строго одобренном, "лицензированном" формате. Все, кто пытается оказывать аналогичные услуги вне этих стен, автоматически объявляются шарлатанами и нарушителями религиозных канонов", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Ситуация сложилась таким образом, поскольку в Чечне любые сферы общественной и духовной жизни подконтрольны властной вертикали, продолжил аналитик.

"Частные гадалки и знахари представляют опасность не потому, что они практикуют оккультизм, а потому, что они делают это автономно, выстраивая неформальные связи с жителями и аккумулируя теневые финансовые потоки. Кампания против них позволяет государству не только демонстрировать защиту "традиционных ценностей", но и полностью замкнуть эту прибыльную и эмоционально чувствительную нишу на официальное духовенство", – объяснил он.

С точки зрения религии, грань между дозволенным духовным лечением и суевериями часто оказывается крайне тонкой для рядового верующего, указал востоковед Дмитрий Микульский.

"Узаконивая деятельность Центра, официальное духовенство стремится установить жесткие богословские рамки и монополизировать право на проведение экзорцизма, отсекая любые народные суеверия, противоречащие догматам. Таким образом, это конфликт не просто двух практик, а попытка институциональной исламской структуры очистить религиозное сознание уммы от пережитков доисламских верований и неканонических мистических ритуалов", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".