Переговоры планировались?

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В трагической истории в Беслане много неясностей. Какие цели преследовали боевики? Почему не состоялись переговоры?

Известно, что боевики назвали несколько фамилий переговорщиков, в числе которых были президенты Северной Осетии и Ингушетии, Леонид Рошаль. Ни один из них к боевикам не попал. По мнению корреспондентов "МН", находящихся в Беслане, им запретили это делать из Москвы. В штабе по освобождению заложников якобы заподозрили, что боевики выдали расстрельный список.

Основания для подобного предположения есть: на Мурата Зязикова неоднократно покушались боевики, а Рошаля ичкерийские сайты открыто называют сотрудником ФСБ, имея в виду его деятельность во время событий на Дубровке.

Единственным политиком, вошедшим в школу после ее захвата, стал Руслан Аушев. По описаниям очевидцев, его ввели в спортзал боевики, один из них стал снимать на видеопленку заложников, над головами которых на проволоке висели пластиковые бутылки со взрывчаткой. Закончив работу, оператор вручил видеокассету Аушеву. По мнению заложников - для передачи Владимиру Путину. Что, кроме кадров с измученными детьми, содержалось в кассете? К сожалению, редакции не удалось дозвониться до Руслана Аушева. Вне досягаемости оказался и Мурат Зязиков, который мог бы разъяснить, почему он не пошел на переговоры к боевикам.

Достоверно известно, что еще раньше первое требование боевиков - освободить задержанных соратников, подозреваемых в участии в июньском нападении, - было доведено до российского президента. Александр Дзасохов по телефону сообщил об этом Путину, и тот согласился на освобождение боевиков при условии, что будут отпущены заложники.

Однако потом террористы стали тянуть время. Сначала была записка, переданная с заложницей, - "ждите". Затем послали кассету, на которой должны были быть изложены требования боевиков. Но при просмотре она оказалась пустой.

Все эти шаги говорят о том, что сами террористы, по всей видимости, не были уполномочены вести переговоры. По словам заложников, боевики им говорили, что требуют отставки Путина и независимости Чечне. Заведомо невыполнимые требования. На что же, в таком случае, они рассчитывали?

Переговоры за них должны были вести другие люди. И они появились. Представители Аслана Масхадова вышли на Дзасохова и от имени ичкерийского президента передали предложение: Масхадов готов стать посредником в переговорах с засевшими в школе боевиками и освободить школьников без всяких политических условий. Президент Северной Осетии якобы ответил согласием на это предложение.

Почему переговоры не состоялись? Связан ли с инициативой Масхадова приезд в Беслан советника российского президента Асламбека Аслаханова? Из источников в штабе по освобождению заложников известно, что Аслаханов позвонил террористам из Москвы. Те ответили - приезжай, поговорим. Аслаханов оказался в Беслане в момент, когда штурм уже шел.

Возможны два варианта: российские политики (в лице Дзасохова, Аслаханова), естественно, с разрешения Кремля, были готовы принять посредничество Масхадова. Но эти планы были перечеркнуты взрывами в здании школы, после которых в дело вступил спецназ.

Другая версия: российские власти заведомо отказались от посредничества Масхадова, усмотрев в этой инициативе сговор. Террористы осознанно ставили невыполнимые условия, с тем чтобы российским властям пришлось обратиться к посредничеству политического крыла чеченских боевиков. Именно поэтому Масхадов с такой уверенностью пообещал, что боевики выпустят детей без предварительных политических условий. Получается, что настоящая цель боевиков не имела ничего общего с тем, что они заявляли, и состояла в том, чтобы посадить за стол переговоров с Масхадовым российских политиков.

Теперь мы знаем, ничего из этого не вышло. Призвав Масхадова, Москва автоматически придала бы ему легитимный статус. Что никак не вписывается в заявленную Кремлем формулу урегулирования ситуации в Чечне. Политическая целесообразность и на этот раз перевесила цену человеческих жизней.

Масхадов собирался в Беслан?

Собкор "МН" в Лондоне Ефим Барбан встретился с эмиссаром Аслана Масхадова в Европе Ахмедом Закаевым.

Закаев говорит, что ему не известны ни исполнители теракта, ни организаторы захвата школы в Беслане. Вместе с тем Закаев рассказал, что незадолго до штурма связывался по телефону с Русланом Аушевым и Александром Дзасоховым. Аушев, который общался с людьми, захватившими школу, по словам Закаева, сказал ему, что там находились ингуши, осетины и русские; так что ни одного чеченца среди террористов не было.

Ахмед Закаев заявил также, что он передал Александру Дзасохову предложение Аслана Масхадова: тот изъявил желание прибыть в Беслан и лично провести переговоры с террористами. Этот вопрос, утверждал Закаев, обсуждался с Дзасоховым в четверг и пятницу. Единственным условием ичкерийской стороны было обеспечение безопасности Масхадова.

Закаев предположил, что в ходе переговоров Масхадов мог бы убедить террористов в том, что своими действиями "они оказали нам медвежью услугу" и нанесли "самый большой удар по чеченскому сопротивлению за последние десять лет". Ссылаясь на президента Северной Осетии, Закаев настаивал, что по поводу предложения Масхадова велись интенсивные консультации с Москвой.

Эмиссар ичкерийского лидера также напомнил, что Масхадов сразу отмежевался от людей, захвативших заложников в школе, а в ближайшее время последует еще одно его заявление. Закаев подчеркнул, что последние теракты в России лишь укрепляют позиции людей, выступающих за военное решение чеченской проблемы - и "сегодня мы стали свидетелями начала большой Кавказской войны".

Санобар Шерматова, Ефим Барбан

Опубликовано 5 сентября 2004 года