Выборы в Чечне высвечивают проблему Кремля

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Когда в прошедшее воскресенье в Чечне избиратели шли голосовать, почти не было сомнений относительного того, кто будет миропомазан в президенты этой многострадальной российской республики: выбором Москвы являлся министр внутренних дел Чечни Алу Алханов.

Соображения личной безопасности удержали многих чеченцев от участия в этих выборах, проводившихся с целью замены Ахмада Кадырова, гибель которого во время террористического взрыва в мае с.г. сильно поколебала чеченскую стратегию Кремля.

Однако аналитики заявляют, что ни один из семи кандидатов в президенты - включая и генерал-майора Алханова - не обладает и малой толикой той репутации сильного человека, которую принес с собой на этот пост г-н Кадыров.

В момент, когда происходит эскалация террористических нападений, вновь возникают вопросы относительно сокращающихся возможностей российского президента Владимира Путина по поискам выхода из затруднительной ситуации в Чечне.

Официальные лица пока еще не обвинили чеченских повстанцев во взрывах, в результате которых в прошлый вторник разбились два пассажирских самолета, погубив 89 человек, однако следователи фокусируют внимание на двух женщинах-чеченках, которые были в числе пассажиров этих авиарейсов, и заявляют, что использованное в этих террористических актах взрывчатое вещество аналогично тому, которое использовалось в ходе прежних нападений чеченцев.

"Эти выборы не являются частью демократического процесса; это результат террористического акта, убийства Ахмада Кадырова, - говорит Фиона Хилл (Fiona Hill) из Института Брукингса в Вашингтоне. - Все произошедшее с тех пор свидетельствует об эскалации насилия".

Только в текущем году Россию потрясли убийство г-на Кадырова, взрыв в московском метро в феврале, в результате которого погибло 39 человек, налеты повстанцев на соседнюю Ингушетию и на чеченскую столицу Грозный, в результате которых были убиты десятки чеченских милиционеров и военнослужащих федеральных сил.

"У Путина остается не так много возможностей - и это печальный факт", - заявляет г-жа Хилл. Хотя причастность чеченцев к взрывам самолетов "дает Кремлю больше боеприпасов для того, чтобы проталкивать идею о том, что чеченцы представляют собой одну огромную недифференцированную террористическую группу. . . это не решает его проблем".

Стоящая перед президентом Чечни задача, возможно, является одной из самых опасных: трое из последних четырех президентов этой республики были убиты. И насилие не прекращается. В воскресенье один человек взорвал себя рядом с избирательным участком.

"Совершенно ясно, что путинская политика имела собственную внутреннюю логику - до момента, когда погиб Кадыров", - говорит Оксана Антоненко, руководитель программы по России и Евразии из Лондонского международного института стратегических исследований. Эта политика основывалась на предположении, что - спустя 5 лет после начала второй за последнее десятилетие жестокой войны России в Чечне - военное решение все еще возможно. Другим предположением, утверждает г-жа Антоненко, было то, что политический процесс, "управляемый исключительно из Москвы и не имеющий внутренней легитимности", может позволить решить проблему повстанцев.

"Мы пришли к тому, что российский народ не чувствует себя в безопасности, и в Чечне тоже сложилась опасная ситуация", а поэтому выборы представляют собой всего лишь "попытку продолжить курс, который уже провалился", говорит г-жа Антоненко. "В окружении Путина нет никаких новых идей относительно того, что делать с Чечней", - заявляет она.

Путин давно отвергает идею переговоров с чеченскими повстанцами, как умеренными, так и радикальными. Г-н Кадыров тоже не хотел переговоров. Эта позиция расходится с результатами недавних опросов общественного мнения, которые говорят о том, что две трети россиян выступают за политический процесс как выход из сложившейся ситуации. Однако г-н Алханов заявляет, что у него нет проблем с вступлением в переговоры с умеренным лидером чеченских повстанцев Асланом Масхадовым, который в 1997 году был избран президентом Чеченской республики, но которого Москва сегодня обвиняет в терроризме.

"Было бы неразумным ожидать на данном этапе диалога между чеченским лидером, находящимся полностью под контролем Москвы, и повстанцами, - говорит г-жа Антоненко. - В действительности для этого нужно, чтобы Москва вступила в прямые переговоры с различными террористическими группировками. Однако этого трудно достичь, поскольку чеченское движение сопротивления сильно расколото, что является еще одним следствием политики Путина".

Г-на Кадырова избрали в президенты Чечни в октябре прошлого года на выборах, которые большинство считало подстроенными. Ключевых оппонентов г-на Кадырова не допустили к участию в выборах в качестве кандидатов, а он сам господствовал в эфире. И вот теперь все те же самые преимущества получил г-н Алханов.

"Кремль посылает сообщение, что "все под контролем, республика возвращается к нормальной жизни", однако это противоречит любым сообщениям, которые мы получаем с мест, - заявляет Сара Мендельсон (Sarah Mendelson) из Вашингтонского центра стратегических и международных исследований. - Пожалуйста, возьмите в кавычки слово "выборы", потому что в данном случае Кремль явно получает то, чего хочет".

Вашингтонский центр стратегических и международных исследований с 2001 года участвует в подготовке многочисленных докладов, в том числе на тему о том, что думают русские о войне в Чечне. Более половины из числа опрошенных россиян заявляют, что лично знакомы с теми, кто служил в Чечне.

"Общераспространенным является мнение, что русские вытерпят все, - заявляет г-жа Мендельсон. - Но люди знают, что происходит, и знают, что жизнь в Чечне не нормализовалась, и что их парни продолжают умирать - а это русских очень тревожит".

Демографические изменения тоже действуют не на пользу Москве, поскольку показатели рождаемости в Чечне в 5 раз выше, чем в остальных регионах России, а кроме того, существует огромный разрыв в возможностях получения образования, заявляет г-жа Хилл из Института Брукингса.

"Мы имеем резкий рост численности населения в регионе, где мало перспектив, а также группу населения (в Чечне), которая не испытывает к России никаких дружественных чувств, - говорит г-жа Хилл. - Именно молодежь пополняет ряды ультратеррористов, готовых умереть за свое дело. . . и в Чечне их становится все больше".

"В лице Кадырова мы имели жесткого человека, который мог раздавить любого и пользовался определенным уважением, - утверждает г-жа Хилл. - Алханов же кажется куда более слабым. Русские потеряли своего сильного человека, который, хорошо это или плохо, обеспечивал определенную стабильность. Что делать теперь, когда возникла нехватка кадров?

Скотт Петерсон

Опубликовано 30 августа 2004 года

Перевод веб-сайт ИноСМИ.Ru