Погиб или убит?

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Без Жвания грузинская политика станет намного бледнее, жестче и непрофессиональнее. Он доказал, что для того, чтобы стать преуспевающим профессиональным политиком, не обязательно заканчивать факультеты соответствующего профиля, иметь теоретическую подготовку и занимать какие-то посты. Он сам создавал посты и использовал их для профессионального роста, и в результате приобрел в Грузии и во всем мире имидж растущего дипломатичного, уравновешенного современного политика. В лице Жвания Грузия потеряла одного из лучших политиков современности, оставивших в истории свой оригинальный стиль, а это смогли, могут и когда-либо смогут лишь очень немногие.

Интересно, что Жвания первым в истории постсоветской Грузии стал проводить политику чисто западного стиля, первым стал использовать пиар-технологии, был первым крупным чиновником, свободно беседовавшим с иностранными политиками на английском. Он первым использовал и включил в политику неправительственный сектор. Он был первый, кто смог поступиться личными амбициями (например, отказался от борьбы за президентство) и ради интересов команды отойти на задний план. Словом, если после холодной войны Шеварднадзе ввел новый стиль в мировую дипломатию, то Жвания создал новую грузинскую политику, стиль которой кардинально отличается от стиля коллег-политиков советской эпохи.

Несмотря на то, что новая политика, разработанная Жвания, имела явные преимущества перед чиновничье-кабинетной политикой, большинство современников не спешило последовать его примеру и изменить старый стиль. Многие не признавали преимущества пиара перед кабинетной дипломатией, не хотели учиться и следить за происходящими в мире переменами, не позаботились о создании собственной команды... и проиграли. Жвания, Саакашвили и Буржданадзе сумели придти к власти, с одной стороны, благодаря своей целеустремленности и смелости, а с другой - по вине побежденных политиков и чиновников, палец о палец не ударивших, чтобы оказать "революционерам" качественное сопротивление и оппонирование.

Победой Жвания является не столько "революция роз", сколько утверждение новой грузинской политики. Теперь этой новой политикой руководствуются все - и противники, и сторонники Жвания. Сам факт, что Жвания имел так много оппонентов, показывает, что им было лестно оппонировать политику такого уровня. Таким образом, Жвания невольно дал новому поколению импульс к получению образования, накоплению сил и самосовершенствованию. "Революция роз" провела резкую черту между постсоветской и новой, жваниевской политикой. Эта линия не была бы такой четкой, если бы политики почувствовали необходимость измениться. Зато грузинская политика получила пример того, как необходимо реально воспринимать перемены, обстановку и момент и воплощать свое восприятие в новую реальность.

Трагически погиб или убит? Вот главный вопрос, который стал вчера перед Грузией. Вопрос, может быть, актуальный, но никак не свидетельствующий о прогрессе в самосознании грузинского общества. Смерть Жвания оказалась для общества не серьезной потерей для грузинской политики и государства в целом, а очередным выбросом адреналина, очередной темой для сплетен, которые минимум две недели будут развлекать проголодавшееся общество.

Уже вчера появилось множество версий смерти Жвания. Это естественно. Столь же естественно, что существование этих версий повлияет и на политику правительства. Например, президент Саакашвили попал в довольно трудное положение - даже если он будет недоволен каким-нибудь активным членом команды Жвания, он не сможет освободить его от должности, так как это вызовет пересуды: а не связано ли это со смертью премьера? Короче говоря, политика властей изменится. Саакашвили будет трудно проводить серьезную и просчитанную внешнюю и внутреннюю политику без Жвания. Саакашвили, конечно, президент, но нет у него таких знаний, стольких знакомств, такого опыта и т.д., и т.п., как у Жвания. Это не значит, что Жвания был популярнее Саакашвили, но можно свободно сказать, что Жвания был опытнее, дипломатичнее и умереннее. У Жвания было более профессиональное, более образованное окружение, чем у Саакашвили, поэтому будет очень жаль, если президент не использует его резервы, тем более, что у него серьезная нехватка профессионалов.

Со смертью Жвания закончилась первая, умеренно-дипломатическая фаза новой грузинской политики. Вторая фаза будет, наверное, более острой и грубой. Хотя можно ожидать, что и на этой жесткой фазе вновь появится умеренный политик, и не исключено, что это будет человек из оппозиции, в своей борьбе со Жвания обнаружившей, что в с точки зрения государственных интересов дипломатия и профессиональная политика эффективнее ура-патриотизма, митингов, трепа и агрессии.

Георгий Удзилаури

Опубликовано 4 февраля 2005 года