"Монополия на рычаги сегодня у России"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

О значительных событиях недели и тенденциях государственного развития мы беседуем с политологом Гией Нодия.

- Выступление президента Грузии в Страсбурге об урегулировании конфликтов наша общественность восприняла неоднозначно - наряду с одобрением, заявление Саакашвили о готовности к политическому диалогу с "Южной Осетией" вызвало и резкую критику. По мнению оппонентов, президент не должен был использовать этот термин в официальном выступлении и мы должны предлагать политический диалог не сепаратистским правителям, а осетинскому и абхазскому народам...

- Исходя из своей специфики, вопрос настолько сложен и многосторонен, что любое высказанное в связи с ним мнение вызовет, наверно, резкую критику с той или другой стороны. Прошлым летом политика властей исходила именно из того, чтобы игнорировать сепаратистский режим Кокойты и установить взаимоотношения непосредственно с местным населением. Все мы помним, что за этим последовало: усиление Кокойты, а в итоге - вооруженные столкновения и жертвы. Тогда политика президента попала под огонь критики и у нас, и за рубежом. Раньше критиковали Шеварднадзе за то, что ситуация в конфликтных регионах была пущена на самотек. Но ведь какой-то путь надо избрать. Своим страсбургским заявлением Саакашвили еще раз, уже на международной арене, зафиксировал готовность к политическим переговорам и сделал шаг вперед, предъявив другой стороне сравнительно конкретные предложения. Если мы считаем, что путь переговоров имеет смысл, естественно, надо выдвигать и конкретные предложения, причем такие, которые, хотя бы теоретически, могут быть приемлемы для другой стороны. Естественно, что для части общественности твоей страны что-то в таком предложении будет неприемлемо, кто-то обязательно скажет, что предлагается слишком много. Такова природа любых политических переговоров. Если это нам не нравится, тогда мы должны иметь альтернативу. Альтернатива же бывает трех видов: или ничего не делать самому, по инертно следить за процессом переговоров, проводимых международными организациями (а эти организации бессильны что-либо сделать, тут всячески мешает Россия); или подготовиться к войне и вернуть потерянные территории путем вооруженного вмешательства (не забывая при этом, что твоим противником будет Россия); или же активизировать переговоры и выдвинуть противной стороне конкретные предложения. На данном этапе президент избрал последний путь. Что же касается использованного президентом термина "Южная Осетия" (что вызвало в политических кругах Грузии столь острую критику), спор на эту тему естественен. Но следует выяснить, как стоит здесь вопрос с практической точки зрения. Что лучше: если мы будем называть этот регион Шида Картли (Внутренняя Картли), Самачабло (удел князей Мачабели) или как-то еще, но это будет фактически другая страна, или если он войдет под юрисдикцию Грузии в ответ на то, что мы будем упоминать его как "Южную Осетию"? По-моему, последний вариант гораздо более рационален, и с таким конкретным условием идти на уступки стоит. Я далек от мысли, что сепаратистское правительство примет предложение президента и в ближайшее время конфликт будет разрешен. Но этот шаг, с одной стороны, покажет международной общественности, что мы всерьез заинтересованы урегулированием конфликта, что усилит нашу поддержку. С другой стороны, адресатом этих предложений является не только Кокойты, но и проживающее в конфликтном регионе осетинское население. И власти Грузии стараются заслужить его расположение.

- Кстати, о международной общественности: как стало известно, на заседание Совета Безопасности ООН, рассматривавшее специальную резолюцию по Абхазии, представителя Грузии просто не допустили. Да и резолюция оказалась традиционной: она ничем не отличается от своих предшественниц, и, соответственно,  результат будет прежним. Не преувеличиваем ли мы роль международных организаций в деле урегулирования конфликтов?

- В урегулирование наших конфликтов наиболее непосредственно включены ООН (в абхазском конфликте) и ОБСЕ (в южноосетинском конфликте). Москва обладает довольно большим влиянием на обе эти организации. Россия - член СБ ООН и имеет право вето. ОБСЕ также не может вынести неприемлемое для России решение, поскольку работает в порядке консенсуса и право вето есть у каждого ее члена. В последнее время Россия явно усилила давление на ОБСЕ, даже провалила принятие бюджета этой организации, не говоря уже о приостановлении миссии мониторинга грузинско-российской границы. Уже хотя бы вследствие такой позиции России, ресурсы этих организаций в том, что касается конфликтных регионов Грузии, очень малы. Правда, есть и другие организации, где влияние России сравнительно невелико. Однако в любом случае, пока у той или иной международной организации не будет рычагов непосредственного воздействия на конкретные сепаратистские власти, эффективно урегулировать конфликт они не смогут - монополия на такие рычаги сегодня у России...

- В этом смысле симптоматично, наверно, и то, что ответные брифинги и пресс-конференции сепаратисты проводят, как правило,  в Москве... В конце минувшей недели Кокойты говорил в российской столице о наличии в Грузии двух партий - партии войны и партии мира.

- Видно, в данном случае у него были хорошие политконсультанты. Заявления грузинских властей по этому вопросу зачастую действительно противоречивы: то президент говорит, что ориентирован на переговоры, а потом он же или иное должностное лицо (чаще всего Ираклий Окруашвили) дает понять, что, в принципе, не исключает и силовой путь. Естественно, вторая сторона использует эту непоследовательность в свою пользу. Но я не думаю, что здесь можно говорить о борьбе партий войны и мира внутри руководства. Власть довольно осознанно посылает сепаратистам двойной мессидж: предлагаю широкую автономию, а не примешь - не исключен и военный путь. Нравится нам такой подход или нет, он, по-моему, опирается на определенный политический расчет.

- Выдвижение Михаила Саакашвили вместе с президентом Украины на Нобелевскую премию мира вызвало в Грузии ажиотаж. Его сторонники заговорили об историческом событии в истории грузинской нации, противники же говорят, что представление еще не означает награждения, а если такое и случится, то ведь коррупция, по мнению оппозиции, процветает и в Нобелевском комитете...

- Говорить здесь о коррупции, разумеется, несерьезно. Что касается выдвижения, то по своей политической нагрузке представление Саакашвили и Ющенко на Нобелевскую премию, конечно же, очень важное событие для Грузии. Очень важен и авторитет инициаторов этого представления, влиятельных сенаторов от обеих основных партий США - Джона Мак-Кейна и Хиллари Клинтон. Этим шагом декларируется поддержка Грузии всем политическим спектром Америки. Не знаю, последует ли за этим представлением и награждение, но уже сам этот факт многое значит.

- Что касается взаимоотношений Украины и Грузии, стало известно, что на этой неделе состоится совместное заседание правительств двух стран, которое проведут Тимошенко и Жвания. Где грань между мифами и реальностью, когда идет речь о помощи Грузии со стороны Украины?

- Факт, что после последних событий Грузия и Украина оказались государствами, отличными от всех других на постсоветском пространстве и наиболее близкими друг к другу. Наверно, в ходе недельного визита Саакашвили в Украину были определены и какие-то приоритеты конкретного сотрудничества, хотя публично об этом не заявлялось и подробности мне неизвестны. В условиях такой близости, естественно, могут возникнуть и мифы. Не могу сказать сегодня, какое из мнений - миф, а какое - реальность, но, исходя из недавнего прошлого, эти страны "обречены" на дружбу.

- Стало известно о заявлении Березовского о его намерении поселиться в Украине...

- Я бы не придавал этому факту глобального политического значения. Березовский надеялся благодаря своим ресурсам включиться в мировой бизнес. Однако, как видно, обладателю такой репутации это оказалась затруднительно. В Лондоне у него нет размаха, ему привычнее находиться в знакомой среде.

- Кажется, проблемы с репутацией возникли и в ходе проводимой Грузии массовой приватизации - австралийская компания, на репутацию которой рассчитывали грузинские власти при продаже пароходства, опровергла факт своего участия в процессе...

- Я не слишком разбираюсь в деталях международного бизнеса, но, думаю, лучше приглашать в Грузию фирмы, имеющие высокую международную репутацию, чем попадать в руки компании, не обладающей значительными стратегическими ресурсами. Тот факт, что эта компания зарегистрирована в оффшорной зоне, сам по себе уже не вызывает восторга. Однако, не зная деталей, я не могу делать далеко идущих выводов.

Дачи Грдзелишвили

Опубликовано 5 февраля 2005 года