Горячий "замороженный конфликт"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Правительство объявило на улицах и в парках "месяц весенней чистоты" для граждан, однако в Цхинвали, столице сепаратистской провинции Южная Осетия, даже в начале мая еще стоит серая зима, и вполне вероятно, что в душах она воцарилась на целый год.

По улицам идут люди в поношенных пальто и в шапках, мужчины стоят на перекрестках, ожидая, что им предложат работу, из нетопленых учреждений доносятся запахи столовой. В горном районе Грузии люди уже почти четыре недели живут без электричества. Единственная линия жизни идет через Рокский тоннель в Россию.

Это на языке дипломатов и политологов называется "замороженным конфликтом". При этом споры вокруг независимости Южной Осетии, провозглашенной более 13 лет назад, вступили в опасную активную фазу с тех пор, как в столице Грузии Тбилиси пришли к власти молодые реформаторы, стоявшие во главе "революции роз".

Эдуард Кокойты, президент мини-республики, которую не признает ни одно государство, принимает нас в большом офисе с розовыми стенами и темной деревянной мебелью. У него на столе лежат три исписанных от руки листка из блокнота. 40-летний Кокойты, который в 2001 году победил на более или менее демократических президентских выборах, смотрит на западный курс грузинского правительства с недоверием.

Прошлым летом российские телеканалы показывали в новостях сепаратистского руководителя во время инспекции войск в окрестностях Цхинвали. Кокойты, экс-чемпион по борьбе и бывший секретарь комсомольской организации, выпустил очередь из пулемета и довольно ухмыльнулся. Грузинские войска в тот момент уже вошли в Южную Осетию, и некоторые министры из правительства главы Грузии Михаила Саакашвили надеялись на быструю победу, как несколькими неделями раньше произошло в Аджарии, другой сепаратистской провинции. Под давлением США Саакашвили прекратил это безобразие, в январе перед Советом Европы в Страсбурге он выступал за мирное урегулирование и "широкую автономию" для Южной Осетии.

У Грузии был шанс, говорит Кокойты. В 1989 году парламент Южной Осетии, тогда еще автономной области, попросил Верховный совет в Тбилиси придать Южной Осетии статус автономной республики в составе Грузии. "Ответом была ликвидация грузинской области Южная Осетия". Кокойты рассказывает о трех волнах геноцида в отношении осетин. Он больше не доверяет грузинам и тем более "так называемому демократу Саакашвили".

30 тысяч осетин погибло в 1920 году во время меньшевистской революции, начинает Кокойты. В 1991 году первый президент уже независимой Грузии, Звиад Гамсахурдиа, националист с руками по локоть в крови, пошел на Цхинвали; за короткое время там погибло более тысячи человек, а более 80 тысяч осетин бежало из Грузии. Летом 2004 года последовала "третья волна геноцида", объясняет президент, и была установлена экономическая блокада путем закрытия рынка Эргнети под Цхинвали - самого большого рынка контрабанды в Южной Осетии.

Западные военные наблюдатели совершенно не сомневаются в готовности осетин, которых Россия поддерживает как в политическом, так и военном плане, защищаться. Сложный режим перемирия гарантирует Москве полный контроль над маленьким горным регионом на границе с российской территорией - Северной Осетией. Это ползучая аннексия. У 90% жителей Южной Осетии уже имеется российский паспорт, здесь имеет хождение рубль, Москва платит пенсии пенсионерам и зарплаты госслужащим; в правительственных учреждениях работает все больше жителей Северной Осетии.

Тем не менее Эдуард Кокойты не хочет связывать себя окончательным решением: он не говорит о присоединении к России, зато заявляет о своей готовности к теледебатам с Саакашвили. Он хочет заверить грузин, что его соотечественники не питают к ним никаких враждебных чувств.

стр No
Южная Осетия: Москва постепенно аннексирует сепаратистскую грузинскую провинцию
Правительство объявило на улицах и в парках "месяц весенней чистоты" для граждан, однако в Цхинвали, столице сепаратистской провинции Южная Осетия, даже в начале мая еще стоит серая зима, и вполне вероятно, что в душах она воцарилась на целый год.

По улицам идут люди в поношенных пальто и в шапках, мужчины стоят на перекрестках, ожидая, что им предложат работу, из нетопленых учреждений доносятся запахи столовой. В горном районе Грузии люди уже почти четыре недели живут без электричества. Единственная линия жизни идет через Рокский тоннель в Россию.

Это на языке дипломатов и политологов называется "замороженным конфликтом". При этом споры вокруг независимости Южной Осетии, провозглашенной более 13 лет назад, вступили в опасную активную фазу с тех пор, как в столице Грузии Тбилиси пришли к власти молодые реформаторы, стоявшие во главе "революции роз".

Эдуард Кокойты, президент мини-республики, которую не признает ни одно государство, принимает нас в большом офисе с розовыми стенами и темной деревянной мебелью. У него на столе лежат три исписанных от руки листка из блокнота. 40-летний Кокойты, который в 2001 году победил на более или менее демократических президентских выборах, смотрит на западный курс грузинского правительства с недоверием.

Прошлым летом российские телеканалы показывали в новостях сепаратистского руководителя во время инспекции войск в окрестностях Цхинвали. Кокойты, экс-чемпион по борьбе и бывший секретарь комсомольской организации, выпустил очередь из пулемета и довольно ухмыльнулся. Грузинские войска в тот момент уже вошли в Южную Осетию, и некоторые министры из правительства главы Грузии Михаила Саакашвили надеялись на быструю победу, как несколькими неделями раньше произошло в Аджарии, другой сепаратистской провинции. Под давлением США Саакашвили прекратил это безобразие, в январе перед Советом Европы в Страсбурге он выступал за мирное урегулирование и "широкую автономию" для Южной Осетии.

У Грузии был шанс, говорит Кокойты. В 1989 году парламент Южной Осетии, тогда еще автономной области, попросил Верховный совет в Тбилиси придать Южной Осетии статус автономной республики в составе Грузии. "Ответом была ликвидация грузинской области Южная Осетия". Кокойты рассказывает о трех волнах геноцида в отношении осетин. Он больше не доверяет грузинам и тем более "так называемому демократу Саакашвили".

30 тысяч осетин погибло в 1920 году во время меньшевистской революции, начинает Кокойты. В 1991 году первый президент уже независимой Грузии, Звиад Гамсахурдиа, националист с руками по локоть в крови, пошел на Цхинвали; за короткое время там погибло более тысячи человек, а более 80 тысяч осетин бежало из Грузии. Летом 2004 года последовала "третья волна геноцида", объясняет президент, и была установлена экономическая блокада путем закрытия рынка Эргнети под Цхинвали - самого большого рынка контрабанды в Южной Осетии.

Западные военные наблюдатели совершенно не сомневаются в готовности осетин, которых Россия поддерживает как в политическом, так и военном плане, защищаться. Сложный режим перемирия гарантирует Москве полный контроль над маленьким горным регионом на границе с российской территорией - Северной Осетией. Это ползучая аннексия. У 90% жителей Южной Осетии уже имеется российский паспорт, здесь имеет хождение рубль, Москва платит пенсии пенсионерам и зарплаты госслужащим; в правительственных учреждениях работает все больше жителей Северной Осетии.

Тем не менее Эдуард Кокойты не хочет связывать себя окончательным решением: он не говорит о присоединении к России, зато заявляет о своей готовности к теледебатам с Саакашвили. Он хочет заверить грузин, что его соотечественники не питают к ним никаких враждебных чувств.

Южная Осетия: Москва постепенно аннексирует сепаратистскую грузинскую провинцию
Правительство объявило на улицах и в парках "месяц весенней чистоты" для граждан, однако в Цхинвали, столице сепаратистской провинции Южная Осетия, даже в начале мая еще стоит серая зима, и вполне вероятно, что в душах она воцарилась на целый год.

По улицам идут люди в поношенных пальто и в шапках, мужчины стоят на перекрестках, ожидая, что им предложат работу, из нетопленых учреждений доносятся запахи столовой. В горном районе Грузии люди уже почти четыре недели живут без электричества. Единственная линия жизни идет через Рокский тоннель в Россию.

Это на языке дипломатов и политологов называется "замороженным конфликтом". При этом споры вокруг независимости Южной Осетии, провозглашенной более 13 лет назад, вступили в опасную активную фазу с тех пор, как в столице Грузии Тбилиси пришли к власти молодые реформаторы, стоявшие во главе "революции роз".

Эдуард Кокойты, президент мини-республики, которую не признает ни одно государство, принимает нас в большом офисе с розовыми стенами и темной деревянной мебелью. У него на столе лежат три исписанных от руки листка из блокнота. 40-летний Кокойты, который в 2001 году победил на более или менее демократических президентских выборах, смотрит на западный курс грузинского правительства с недоверием.

Прошлым летом российские телеканалы показывали в новостях сепаратистского руководителя во время инспекции войск в окрестностях Цхинвали. Кокойты, экс-чемпион по борьбе и бывший секретарь комсомольской организации, выпустил очередь из пулемета и довольно ухмыльнулся. Грузинские войска в тот момент уже вошли в Южную Осетию, и некоторые министры из правительства главы Грузии Михаила Саакашвили надеялись на быструю победу, как несколькими неделями раньше произошло в Аджарии, другой сепаратистской провинции. Под давлением США Саакашвили прекратил это безобразие, в январе перед Советом Европы в Страсбурге он выступал за мирное урегулирование и "широкую автономию" для Южной Осетии.

У Грузии был шанс, говорит Кокойты. В 1989 году парламент Южной Осетии, тогда еще автономной области, попросил Верховный совет в Тбилиси придать Южной Осетии статус автономной республики в составе Грузии. "Ответом была ликвидация грузинской области Южная Осетия". Кокойты рассказывает о трех волнах геноцида в отношении осетин. Он больше не доверяет грузинам и тем более "так называемому демократу Саакашвили".

30 тысяч осетин погибло в 1920 году во время меньшевистской революции, начинает Кокойты. В 1991 году первый президент уже независимой Грузии, Звиад Гамсахурдиа, националист с руками по локоть в крови, пошел на Цхинвали; за короткое время там погибло более тысячи человек, а более 80 тысяч осетин бежало из Грузии. Летом 2004 года последовала "третья волна геноцида", объясняет президент, и была установлена экономическая блокада путем закрытия рынка Эргнети под Цхинвали - самого большого рынка контрабанды в Южной Осетии.

Западные военные наблюдатели совершенно не сомневаются в готовности осетин, которых Россия поддерживает как в политическом, так и военном плане, защищаться. Сложный режим перемирия гарантирует Москве полный контроль над маленьким горным регионом на границе с российской территорией - Северной Осетией. Это ползучая аннексия. У 90% жителей Южной Осетии уже имеется российский паспорт, здесь имеет хождение рубль, Москва платит пенсии пенсионерам и зарплаты госслужащим; в правительственных учреждениях работает все больше жителей Северной Осетии.

Тем не менее Эдуард Кокойты не хочет связывать себя окончательным решением: он не говорит о присоединении к России, зато заявляет о своей готовности к теледебатам с Саакашвили. Он хочет заверить грузин, что его соотечественники не питают к ним никаких враждебных чувств.

Южная Осетия: Москва постепенно аннексирует сепаратистскую грузинскую провинцию
Правительство объявило на улицах и в парках "месяц весенней чистоты" для граждан, однако в Цхинвали, столице сепаратистской провинции Южная Осетия, даже в начале мая еще стоит серая зима, и вполне вероятно, что в душах она воцарилась на целый год.

По улицам идут люди в поношенных пальто и в шапках, мужчины стоят на перекрестках, ожидая, что им предложат работу, из нетопленых учреждений доносятся запахи столовой. В горном районе Грузии люди уже почти четыре недели живут без электричества. Единственная линия жизни идет через Рокский тоннель в Россию.

Это на языке дипломатов и политологов называется "замороженным конфликтом". При этом споры вокруг независимости Южной Осетии, провозглашенной более 13 лет назад, вступили в опасную активную фазу с тех пор, как в столице Грузии Тбилиси пришли к власти молодые реформаторы, стоявшие во главе "революции роз".

Эдуард Кокойты, президент мини-республики, которую не признает ни одно государство, принимает нас в большом офисе с розовыми стенами и темной деревянной мебелью. У него на столе лежат три исписанных от руки листка из блокнота. 40-летний Кокойты, который в 2001 году победил на более или менее демократических президентских выборах, смотрит на западный курс грузинского правительства с недоверием.

Прошлым летом российские телеканалы показывали в новостях сепаратистского руководителя во время инспекции войск в окрестностях Цхинвали. Кокойты, экс-чемпион по борьбе и бывший секретарь комсомольской организации, выпустил очередь из пулемета и довольно ухмыльнулся. Грузинские войска в тот момент уже вошли в Южную Осетию, и некоторые министры из правительства главы Грузии Михаила Саакашвили надеялись на быструю победу, как несколькими неделями раньше произошло в Аджарии, другой сепаратистской провинции. Под давлением США Саакашвили прекратил это безобразие, в январе перед Советом Европы в Страсбурге он выступал за мирное урегулирование и "широкую автономию" для Южной Осетии.

У Грузии был шанс, говорит Кокойты. В 1989 году парламент Южной Осетии, тогда еще автономной области, попросил Верховный совет в Тбилиси придать Южной Осетии статус автономной республики в составе Грузии. "Ответом была ликвидация грузинской области Южная Осетия". Кокойты рассказывает о трех волнах геноцида в отношении осетин. Он больше не доверяет грузинам и тем более "так называемому демократу Саакашвили".

30 тысяч осетин погибло в 1920 году во время меньшевистской революции, начинает Кокойты. В 1991 году первый президент уже независимой Грузии, Звиад Гамсахурдиа, националист с руками по локоть в крови, пошел на Цхинвали; за короткое время там погибло более тысячи человек, а более 80 тысяч осетин бежало из Грузии. Летом 2004 года последовала "третья волна геноцида", объясняет президент, и была установлена экономическая блокада путем закрытия рынка Эргнети под Цхинвали - самого большого рынка контрабанды в Южной Осетии.

Западные военные наблюдатели совершенно не сомневаются в готовности осетин, которых Россия поддерживает как в политическом, так и военном плане, защищаться. Сложный режим перемирия гарантирует Москве полный контроль над маленьким горным регионом на границе с российской территорией - Северной Осетией. Это ползучая аннексия. У 90% жителей Южной Осетии уже имеется российский паспорт, здесь имеет хождение рубль, Москва платит пенсии пенсионерам и зарплаты госслужащим; в правительственных учреждениях работает все больше жителей Северной Осетии.

Тем не менее Эдуард Кокойты не хочет связывать себя окончательным решением: он не говорит о присоединении к России, зато заявляет о своей готовности к теледебатам с Саакашвили. Он хочет заверить грузин, что его соотечественники не питают к ним никаких враждебных чувств.

Опубликовано 12 мая 2005 года

Перевод веб-сайт Inopressa.ru