Причерноморские черкесы-шапсуги: ad memorandum

Одно из потрясающих ощущений в причерноморской Шапсугии – ощущение единства пространства исторической памяти. Люди хорошо помнят историю своей фамилии, знают свои родословные до 5-7 колена, в деталях могут рассказать историю своего аула. Историческая память создает упорядоченность их жизни и перед лицом возможного нового «вызова» обеспечивает консолидацию тысяч людей.

Когда-то совместные языческие моления с обращениями к богам и прославленным героям и танцевальные игрища служили той же цели, что и сегодня рассказы стариков у домашнего очага – через переживание прошлого, воспроизведение традиции общество осуществляло и продолжает осуществлять свой прорыв в будущее.

В Шапсугии одна из социальных групп, ответственных за передачу традиции, - старики или старейшины.

Мурдин Шугаибович Тешев, почетный председатель «Хасэ общественного парламента адыгов-шапсугов», является представителем того поколения черкесов, которое  называют «уходящей натурой». В них чувство собственного достоинства и мудрость сочетаются с дерзостью молодого юноши,  «жаждой жизни», открытостью и готовностью к переменам.

Мурдин Тешев -почетный председатель "Хасэ общественного парламента адыгов-шапсугов"

Мурдин Тешев много сделал для становления «Хасэ адыгов-шапсугов», и сегодня его боль о том, что когда-то процветающие совхозные земли, окружающие шапсугские аулы, теперь отнесены Министерством природных ресуросов и экологии к особо охраняемой территории с режимом рекреационного использования или  переданы в аренду ЗАО «Шапсугский чай». Люди, рассказал нам Мурдин Шугаибович, оказались отрезаны от доступа к природным ресурсам – нехватка  земли привела к тому, что у новых семей нет возможности строиться, несколько поколений одной семьи размещаются в одном дворе.  Такие традиционные для шапсугов отрасли хозяйства, как животноводство, пчеловодство, выращивание фундука и чая пришли в упадок и, если и возрождаются, то силами энтузиастов.

 Трансляция памяти через возведение памятников была частью идеологии в период СССР, а в 1990-2000-е годы, когда было снято табу на целый ряд исторических проблем, обрела новые смыслы.  

 Сегодня в каждом ауле причерноморской Шапсуги есть памятник воинам Великой Отечественной войны – небольшой субэтнос в 4 тыс. человек  дал двух героев Советского союза, Айдамира Ачмизова и Исмаила Тхагушева, а также сотни кавалеров боевых орденов и медалей.

Памятник воинам Великой Отечественной войны в ауле Кичмай

В 2008 году в Большом Кичмае открылся мемориал адыгам, павшим в Кавказской войне.  Новый мемориал был установлен напротив памятника односельчанам-фронтовикам, павшим в борьбе с фашизмом, что само по себе символизирует связь эпох и поколений. Само место двух мемориалов  для аульчан является знаковым – с возвышенности, на которой установлены памятники,  открывается живописный вид на долину реки Шахе и три аула – Ахинтам, Малый и Большой Кичмай.

 Проект строительства мемориала был реализован усилиями Адыгэ Хасэ причерноморских шапсугов, коллектива средней общеобразовательной школы аула Большой Кичмай, Чиле Хасэ (это инструмент аульного самоуправления , совет уважаемых людей, действующий в каждом ауле) и совета территориального общественного самоуправления "Кичмай". Работа над проектом заняла почти два года.

 На черной мраморной доске изображены двенадцать звезд, символизирующих единство 12 самых крупных черкесских субэтнических групп (тема, присутствующая и на черкесском флаге),  а в центре композиции -  фигура нартского богатыря Саусырыко, принесшего людям огонь жизни.  

В качестве эпиграфа на мемориале указана цитата из Обращения первого президента России Бориса Ельцина по случаю 130-летия со дня окончания Кавказской войны: "Народы Кавказа вели мужественную борьбу, не только за выживание на родной земле, но и за сохранение самобытной культуры и лучших черт национального характера".

Каждый, поднявшийся к мемориалам, должен ударить молотом о лемех. По древнему черкесскому обычаю звук удара символизирует поминовение ушедших

Сегодня в Сочи возведен единственный памятник жертвам политических репрессий и расположен он именно в шапсугском селении Тхагапш. Памятник односельчанам, по судьбам которых прошло красное колесо, разбросав их по лагерям в  Казахстане, Магадане, Иркутске и Колыме, был установлен в ауле Тхагапш в 70-е годы.

Памятник жертвам политических репрессий в ауле Тхагапш

Через жернова репрессий прошли лучшие люди того времени – политики, учителя, врачи: председатель первого шапсугского съезда Муса Пшимафович Аллало; заведующий первой национальной школой, человек, стоявший у истоков формирования педагогических кадров и творческой интеллигенции шапсугов, Кримчерий Кочубеевич Хейшхо; Хаджибрам Мазисович Сизо, в 1937-1939 годах являвшийся первым секретарем Шапсугского РК ВКП(б) и другие.

Только из одного аула Тхагапш в сталинских лагерях оказалось 170 человек – учитывая, что в ауле проживало всего 20 семей, эта цифра кажется огромной.

Главред местной газеты «Шапсугия» Анзор Нибо, собирая материал по теме политических репрессий, заметил: «Долгое время, помногу общаясь с теми, кто сумел пройти все выпавшие на долю их поколения тяжкие испытания, мне не удавалось понять, почему в семейных альбомах среди сотен карточек сохранилось непозволительно мало, на мой взгляд, общих фотографий, где были бы запечатлены представители той эпохи. Таких фото сегодня, действительно, осталось единицы. В лучшем случае они хранятся в архивах, но чаще – просто исчезли безвозвратно. Почему? Один из старейшин, 15 лет проживший на поселении в Казахстане, был предельно откровенен: "Если из десяти человек, запечатленных на фото, находили хотя бы одного "врага народа" под подозрением у властей оказывались и все остальные. Зачастую, в конечном итоге, ссылали всех заодно. Избежать этой участи не мог никто, даже звания, достижения и успехи в труде не давали серьезного "иммунитета" от ареста".

На мемориале увековечены фамилии целых семей; за ними – сломанные жизни, и как тонко заметил в своей статье Анзор Нибо, «страх – страх, на многие десятилетия, сковавший умы и сердца людей, оказавшихся беззащитными перед грубым натиском власти тотальной диктатуры».

Возможно, возведение исторических мемориалов есть не только напоминание о прошлом, но и способ преодоления того самого страха, въевшегося в кровь поколения 1930-1940-х?

Фото автора.