"Предпочту седого удальца юноше богатому и красивому". О традициях ухаживания на Северном Кавказе

Все исторические источники, связанные с описанием традиций ухаживания за девушками на Северном Кавказе – описания европейских путешественников, фольклорные тексты, литература и публицистика местных поэтов и писателей – единодушны в том, что «путь к сердцу горянки» тернист и непрост. Как молодые люди добивались расположения понравившихся им девушек? Как приобретали хорошую репутацию ее многочисленных родственников – отца, братьев, дядюшек и тетушек, слово которых при выборе могло стать решающим? Что традиция в период ухаживания категорически запрещает? И был ли вообще на Северном Кавказе такой период, как ухаживание, в европейском понимании этого слова? О  традиции ухаживания и ее динамике в наши дни – в ближайших постах.

Батыр Кортоев. "Ловзар"

При всей вариативности традиции «добрачного ухаживания» в разных регионах Кавказа, позволю себе обобщения. Можно выделить, по крайней мере, две традиции – когда в добрачных переговорах (то, что называется «присмотреться к будущей невесте») основную роль играли родители и родственники. И когда основная роль в том, чтобы добиться «сердца красавицы», принадлежала самому молодому и его поверенным – друзьям.

Если невесту выбирали родители жениха, то именно они и приступали к переговорам о браке.

Для сватовства они посылали к родителям невесты своих родственников или почетных стариков. Последние выбирались из числа людей, известных своей хорошей репутацией. Иногда сами родители жениха ехали  к родителям невесты ее сватать. Разговор о сватовстве вели не с самими родителями девушки, а с ближайшими родственниками. Сторона родителей невесты не сразу давала согласие на брак и всячески оттягивала ответ, как того требовали правила приличия. Если она была настроена против брака, то и тут не высказывала прямых возражений, чтобы не обидеть и не оскорбить гостей. О своем отрицательном отношении к браку родители девушки сообщали родителям молодого человека позже, уже после отъезда делегации, через другое лицо. Если от родителей невесты не следовало отказа, то сваты приезжали еще раз, и вопрос о браке решали положительно. Сторона невесты, независимо от того, согласна ли она на брак, встречала гостей радушно и гостеприимно. От брачного сговора до увоза невесты проходило не менее месяца. В течение этого времени ни жених, ни невеста не виделись.

Другой вид сватовства – когда жених договаривается с девушкой самостоятельно, с помощью посредника. Такая практика была распространена у черкесов. Кстати, то, как сватающийся молодой человек назывался в традиционной культуре, тоже интересно. У черкесов, например, его называли «ищущий душу».

Когда девушке исполнялось 16 лет, ей специально отводили комнату – «девичью комнату». Комната эта была полностью в ее распоряжении. Сюда не заходили ни родители, ни старшие, только братья, сестры и вообще молодежь. Сюда к девушке приходили свататься, добиваться ее руки. В том числе и молодые люди из других аулов. Выбрав девушку, парень шел к ней свататься в сопровождении двух-трех друзей.

Принято было ходить свататься  к девушке вечером. Девушка не встречала молодого человека одна – с ней были ее младшая сестра или подруга. Если родители девушки не препятствовали жениху в посещении девушки, это означало согласие на брак. Разговор о браке начинал жених. Обычно он был краток и немногословен. Прямому предложению молодые люди обычно предпочитали иносказание, разумеется, понятное для девушки. Более активное участие в сватовстве принимали  друзья молодого человека и самый близкий доверенный, посредник. Если девушка не хотела выйти замуж, она сообщала об этом через посредника. Прямой отказ считался грубым и неприличным. Считалось неприличным, если девушка дает согласие на брак слишком быстро. Поэтому молодым людям приходилось заявлять о серьезности своих намерений не один раз. Эта традиция действует в некоторых регионах Кавказа и сейчас. Например, мой коллега и друг, известный этнограф, сватался к своей будущей жене три раза.

Посредник всячески хвалил жениха, рисовал девушке ее будущую семейную жизнь в красках. Если достигалось соглашение о браке, назначался день, когда жених мог увести невесту в родительский дом. От сговора до заключения брака проходило от трех недель до полугода.

Соглашение о браке закреплялось у черкесов «Iэуж» - порядок, по которому жених и невеста обменивались подарками. Молодой человек мог преподнести девушке золотое или серебряное кольцо, часы; советский этнограф М.А. Меретуков пишет, что в качестве подарка мог быть и револьвер. Девушка в знак своего согласия дарила молодому человеку пояс, платок, пуговицу от нагрудника. При совершении Iэужа присутствовали два свидетеля.

Независимо от того, выбирал ли молодой человек себе невесту сам или подчинялся выбору родителей, уже после того, как были достигнуты договоренности о дне, когда девушку будут забирать из родительского дома, жених не должен был не только оставаться  с ней наедине, но и оказывать ей явные знаки внимания. Ухаживать (в современном понимании) за девушкой до сговора, т.е. до заключения договоренностей о свадьбе между семьями, как и ухаживать за ней после сговора считалось грубым нарушением правил этикета.

Таким образом, совместное появление на людях и публичную демонстрацию складывающихся отношений традиция отвергала категорически.

Советские этнографы, много писавшие о динамике семьи и семейного быта в советский период, характеризуя период  1960-х гг, подчеркивали, что предсвадебное ухаживание стало новой чертой начального этапа брачного цикла. Понравившиеся молодые люди, даже проживая в одном селении, еще не назначали свидания, но переписывались и встречались не открыто, а либо в компаниях, либо выезжали с друзьями в ближайший город погулять или пойти в кино.  Появление  молодых женихов и невест в общественных местах вдвоем в 1960-е гг. называлось этнографами прорывом и относилось к «прогрессивным преобразованиям горского быта». В городах, разумеется, эта тенденция преобладала.

 О современных ухаживаниях, роли интернета и смс, влиянии традиции и ее размывании – читайте дальше…