К годовщине 1 Марта
События 1 марта 2008 года и процесс их раскрытия действительно продолжают играть ключевую роль во внутриполитической жизни Армении. С одной стороны, сохраняется общественный спрос на раскрытие организаторов и привлечение их к ответственности, с другой стороны, бывшие власти представляют этот процесс как мощный инструмент политического преследования против них. Вот почему мы имеем дело не только с раскрытием преступления, совершенного в прошлом, но и с наиболее важным политическим процессом сегодня.
Возложение цветов памяти погибшим 1 марта 2008 года. Фото Армине Мартиросян, Кавказский узел.
Но чисто правовой процесс, мягко говоря, не охватывает всей картины 11-летней давности. Такое впечатление, что в 2008 году 1 марта десятки тысяч граждан вышли протестовать против чего-то, а полиция и спецподразделения обстреляли людей, и теперь проблема заключается только в следующем: давал ли Роберт Кочарян такой приказ или нет? Между тем события, происходившие за несколько месяцев до 1 марта и в последующие месяцы как-то отодвинуты на задний план.
На самом же деле, 1 марта было лишь кульминацией преступления, а само преступление началось совершаться несколько месяцев назад, и первый его "эпизод" был осуществлен 19 февраля, в день президентских выборов и продолжался еще долго после 1 марта, когда проходили позорные судебные процессы, а сторонников оппозиции каждый день десятками таскали в полицию только за то, что они прогуливались по Северному проспекту.
В конце концов, почему сотни тысяч людей вышли на улицу? Потому что выборы были сфальсифицированы, сфальсифицированы открыто и самым циничным образом, а в правовом поле отменить сфальсифицированные результаты было невозможно.
И теперь что? Кто-то хочет убедить людей, что Роберт Кочарян и Серж Саргсян об этом не знали, что они не знали, как они на самом деле "победили" на выборах.
Конечно, они знали. Возможно, не каждая деталь (например, в каких районах скольким людям и сколько тысяч драмов было роздано в виде предвыборных взяток, сколько нулей было добавлено к голосам на каждом избирательном участке и т. д.). Но то, что все это было хорошо организовано, и они сами контролировали процесс - это уж точно. То есть причиной народного восстания стало организованное ими преступление. Схема была очень простой: «Мы фальсифицируем выборы, а если будете протестовать, мы будем стрелять». Это и есть свержение конституционного строя.
И та же схема, кстати, сработала бы во время выборов 2013 года. В то время также десятки тысяч людей вышли на улицы, однако власти не войска вывели против народа, а Раффи Ованнисяна вывели из народа и «повели молиться». Таким образом, необходимость в организации второго "1 марта" отпала. Конечно, они сделали бы то же самое в апреле 2018 года, если бы движение не было децентрализовано, и если бы они были убеждены, что "выкрутятся".
То есть основной целью полного раскрытия "1 марта" и привлечения виновных к ответственности является исключение практики фальсификации выборов в будущем. Любая власть должна быть уверена, что она никогда больше не сможет сфальсифицировать выборы, а затем задушить общенациональный протест "черемухами" и позорными судебными процессами, поскольку возмездие будет неизбежно. И хорошо, что сегодняшние власти последовательны в раскрытии 1 марта и, таким образом, они и сами для себя исключают даже теоретическую возможность пойти по тому же пути.
И просто абсурдно представлять все это как политическое преследование. Даже если последствия будут политическими.
