Что крылось во встрече с Бахтадзе?
Информация об ожидающейся встрече Пашинян-Алиев как-то отодвинула на второй план армяно-грузинскую неформальную встречу на высоком уровне, которая состоялась 24 марта в Армении, в селе Енокаван.
Никол Пашинян с Мамукой Бахтадзе неформально встречаются уже второй раз. Первый раз это было 15 января в Грузии, в Болниси - сразу после того, как Пашинян стал премьером. Подробностей, о чем говорили Пашинян с Бахтадзе, нет, однако примечательно, что информацию о своей встрече премьер Армении сообщил также во время закрытой встречи с комсоставом Вооруженных сил, что свидетельствует о том, что во время встречи двух премьеров обсуждались важнейшие вопросы. Примечательно также то, что после отъезда из Армении премьер Грузии встречался с прибывшим в Тбилиси генеральным секретарем НАТО.
И, тем не менее, встреча эта была как-то не очень замечена - на фоне информации о встрече Пашинян-Алиев. Понять, конечно, это можно, однако в смысле ее политического значения, несколько "несправедливо".
Пашинян и Бахтадзе. Фото news.am
Может оно прозвучит и странно, но на самом деле даже в плане Арцахского вопроса армяно-грузинские встречи на высоком уровне могут быть как минимум не менее, если не более важными, чем встречи с Алиевым. Вопрос в стратегической оценке ситуации и действительности. И в этом смысле очевидно, что вопрос Арцаха вступил в именно такой трансформационный этап - как в контексте международных отношений, так и в контексте армянской политики.
В такой ситуации все большую и большую роль начинает играть вопрос формирования долгосрочных региональных векторов. Свидетелями одного из них мы стали в феврале, когда состоялся визит в Иран, где прозвучали важные заявления, в том числе и по арцахо-иранской границе. Другим таким вектором стала неформальная армяно-грузинская встреча, причем вторая за квартал, что подчеркивает формирующуюся специфическую среду - особенно в контексте учений НАТО в Грузии.
И вот в этом плане, опять же с точки зрения арцахской проблемы, Армении есть гораздо больше о чем поговорить с миром, в первую очередь, со своими соседями, чем с Азербайджаном. Это не означает, что с азербайджаном говорить не о чем или не надо говорить. Просто, не надо в его тени оставлять другие встречи - особенно с соседями. В том числе - в тени от внимания общественности, поскольку, в конце концов, базой политики является именно общественность, особенно в случае с Арменией, где стратегическая трансформация не может не быть основана на глубоком изменении восприятий общества.
