Гуантанамо на кавказский манер
Северокавказские правозащитники предлагают создать специальные тюрьмы для перевоспитания отечественных террористов. Содержаться в них будут уже осужденные преступники. Омбудсмен Ингушетии Джамбулат Оздоев считает необходимым разделить такого типа колонии на два вида: для тех, с кем можно вести диалог, и для безнадежных террористов. Эксперты сомневаются в действенности этого метода.
Инициатива создания спецтюрем для осужденных террористов на Северном Кавказе прозвучала вчера на совещании министра юстиции Александра Коновалова с региональными уполномоченными по правам человека. Омбудсмен Ингушетии Джамбулат Оздоев заявил, что ее автором является президент Ингушетии Юнус-Бек Евкуров.
Идея создания нескольких специальных исправительных колоний имеет смысл если ее не искажать на каждом этапе ее озвучивания, в противном случаи получится как говорил Черномырдин «Хотели как лучше, получилось как всегда». На сегодняшний день Республика Ингушетия единственный субъект нашей страны, где нет даже следственного изолятора, но если быть совсем точным первое СИЗО уже построили, но никак не могут его запустить. В принципе было бы правильным, если бы рядом с этим СИЗО построили целый ряд исправительных колоний разных режимов, а потом со всей страны этапировали бы осужденных. В первую очередь осужденных из Ингушетии и во вторую из других республик Северного Кавказа по мере наполняемости, но только на добровольной основе.
Хотел бы заметить новому омбудсмену Ингушетии Джамбулату Оздоеву по статье терроризм осужден только маленький процент от общего числа осужденных лиц, и называть террористами всех не только не правильно, а даже оскорбительно. Главная идея создания подобной колонии очень простоя, но при этом имеет огромное значения не только в области прав человека, но и для стабилизации общественно-политической ситуации на Северном Кавказе. Связано это с тем, что огромное количества жалоб от осужденных лиц на применение пыток, унижения и оскорбления, на преследования по религиозной принадлежности, как итог 7-8 человек из 10 мечтают освободится и отомстить, а за тех кто был замучен или убит в колонии всегда находятся друзья или близкие готовые вершить самосуд добиваясь своеобразной справедливости. Волна подобных недовольств достигла такого уровня, что даже абсолютная контролируемая и парой очень скрытная система не может срыть тот беспредел происходящий в лагерях и тюрьмах, и расплачиваются за этот беспредел все чаще простые люди.
