Югоосетинские Правительственные и Неправительственные организации
У нас разразился очередной скандал, вокруг деятельности НПО, которых раскритиковал президент Леонид Харитонович Тибилов. Но НПО ли, на самом деле, являются причиной гнева нашего первого лица, они ли играют роль, главного злодея в этой драме? Попробуем разобраться.
Уже четвертый год проводятся встречи по проекту Гражданский Осетино-Грузинский Процесс "Точка Зрения", патронирует его Университет Джорджа Мейсона (Гарвард. США)
Участвовать в нем, по сути, должны представители НПО, активисты гражданского общества. Не спорю, есть в югоосетинских делегациях и такие. Но костяк делегации от нашей республики, составляют далеко не участники НПО. Вот, например должностной состав делегации на одной из последних встреч. Государственный советник Президента, советник президента, заместитель главы комитета по информации, члены аппарата полномочного представителя президента, начальник отдела МИД РЮО, старший следователь МВД РЮО, руководители и сотрудники государственных СМИ и т. д. и т. п. Вообще, попасть в обойму участников этих встреч, можно было только с личного разрешения главного внешнего политика и переговорщика, всемогущего Б.Чочиева.
А теперь, скажите пожалуйста, Леонид Харитонович: при чем тут НПО? Может, все-таки имеет смысл заняться госчиновничеством, а не гнобить, такой важный фактор и показатель нашей независимости, как реальные НПО. Реальные, независимые, может неудобные и критично настроенные НПО, а не плодить ПроНПО (Проправительственные Неправительственные Организации). Это только дискредитируют нашу Республику.
И еще, конкретно по последнему эпизоду. Президент был возмущен тем, что участник встречи обсуждали и даже договорились о заморозке обсуждения статуса Южной Осетии. На что, Дзугаев К. оправдываясь, пишет, что «никаких рассуждений об изменении статуса нашей республики там не было и быть не могло».
Ну а другой участник встречи Лира Цховребова заявляет, что: «предложение заморозить обсуждение вопроса о статусе Южной Осетии действительно звучало во время дискуссий». Так было или не было обсуждение статуса? Вы уж как-нибудь договорились бы меж собой, уважаемый Коста и Лира. Как же вы с грузинской стороной пытаетесь договориться, если меж собой не можете? Вы ж народные дипломаты.
Но и на этом, правозащитница не остановилась. Защищая своего коллегу и верного спутника на встречах в рамках проекта Универститета Мэйсона, Лира Филиповна говорит, что на встрече «Речь шла о дальнейшем выборе народа Южной Осетии: быть независимым государством или войти в состав РФ?» Конгениально, нечего казать. То есть на встрече с грузинскими НПО, под эгидой штатовского Универститета, обсуждаются вопросы независимости Южной Осетии и проблематику присоединения к РФ! На следующей встрече, предлагаю участникам осетино грузинской встречи обсудить, например, возможности расширения контингента Российской военной базы?! Тоже важный вопрос.
То, что обсуждение имело место быть, у меня не может вызывать сомнений. Ведь это в духе буквы программной статьи проекта университета Мэйсона! В ней сказано «Лидеры гражданских сообществ … могли бы оказать неоценимую поддержку политическим лидерам в процессе поиска конструктивных решений… помочь политическим лидерам в создании долгосрочного мирного соглашения. Серии периодических неофициальных обсуждений в спокойной обстановке, организованные профессиональными фасилитаторами - верный и проверенный метод поиска конструктивных политических договоренностей, удовлетворяющих требования всех сторон». Вот и обсуждения статуса из той самой оперы, о «поддержке» и «помощи».
Организаторов проекта трудно в чем - либо упрекнуть, они на своем сайте написали все прямо и открыто, в том числе и о том, что по своей сути, проект направлен, на лоббирование разработанных на встречах установок в политическом руководстве РЮО. А проект поддерживается этим самым политическим руководством уже 4-й год, то снова задаю Вам вопрос, Леонид Харитонович «При чем тут НПО?».
А еще там сказано о то что важно «создание такой Грузии, в которой осетины и абхазцы захотят жить - Грузии с безупречной репутацией в области прав человека, демократии и уважения ко всем этническим группам». Под этнической группой авторы статьи подразумевают вероятнее всего, то что мы называем РЮО.
При чем тут НПО, когда Ваш предшественник, Леонид Харитонович, сделал из участников этого проекта, «касту неприкасаемых»? С одной стороны, любой, кто, даже намекал на встречи с грузинскими общественными активистами, карался по всей строгости тоталитарного беззакония. Так участников встреч с грузинами проживавшими в Южной Осетии (!), то есть, по-сути с нашими согражданами, людьми которых мы должны интегрировать в наше общество, избивали и изгоняли из Республики, лишь за то, что они «посмели» коснуться вопросов показания скорой медицинской помощи в приграничных района и проблемы водоснабжения этих сел.. Ну а участникам проекта университета Мэйсона, власть «разрешала» обсуждать с посланцами Тбилиси все что угодно, хоть проблемы плотины Зонкарского водохранилища, хоть проблемы возвращения беженцев. В такой «лафовой» ситуации, неудивительно, что обсуждать с грузинскими НПО, вопрос о воссоединении Осетии, им показалось вполне уместным. Так что, как ни посмотри, ответственность за создавшуюся ситуацию в большей мере несет на себе Власть, правительственные структуры нежели Международные и Неправительственные организации
