Последствия «апрельской войны» - Армения и НКР

Два года назад прошло с «апрельской войны», она же «четырехдневная война», она же «апрельская эскалация». Эта «война» не перевернула мир, она даже не перевернула регион. Общая ситуация несет все тот же характер. Я не знаю, какое влияние она оказала на Азербайджан, потому что недостаточно хорошо знаю эту страну. Но могу говорить о том, что происходило здесь, в Армении, а также в самой НКР.

Общая рамка того, что произошло с армянской политикой того времени – перезапуск армянского государства. Произошел серьезный перелом, и он спровоцировал многие процессы, которые давно назрели. Я попробую их вкратце обрисовать.

Выделю четыре основных тренда, которые составляют тот самый «перезапуск государства». В Армении часто говорят о «четвертой республике» как о необходимой реинкарнации «третьей», то есть нынешней, в более правильном виде. Не понимая, что за один день люди и институты не изменятся. Но де-факто третья республика и так постоянно трансформируется и здесь никакой особенной смены номера и не нужно.

1. Переосмысление угрозы войны и сути конфликта

Если до апреля 2016 года угроза войны в Армении всерьез не воспринималась, то теперь она воспринимается очень серьезно. Азербайджанцы всегда говорили, мол «война не закончена» и армяне это считали праздной болтовней, исходя из уверенности, что Алиеву война не нужна и так далее. Но сам факт масштабных закупок вооружения должен был насторожить, да и активизация эскалаций показывала, что конфликт постепенно сползает из тихой фазы в горячую. И ко второй половине 2015 года это становилось все более очевидно. Я помню и дискуссии в нашем институте, и текст, который писал Маркедонов для РСМД.

Азербайджанцы добились своего и теперь армяне им поверили. Зачем им это было нужно, я не знаю. Теперь все соки государства пошли к армии. Она и так забирала немало ресурсов. В этом смысле как раз принципиальных изменений нет. Изменения в качестве планирования и управления в первую очередь. И тогда возникает вопрос, чего же пытались добиться азербайджанцы? Неужели таким способом доказать, что нужно пойти на все их условия? Здесь нужны более весомые аргументы. На мой взгляд, в военном смысле концентрация усилий выросла и Азербайджан сыграл немаленькую роль в этом. В итоге это сказалось и на восприятии конфликта в Армении и НКР, где существенно выросла консолидация на карабахской основе.

2. Переосмысление программы развития

Поскольку власти Армении воспринимали возможность ограниченных, хотя и болезненных уступок по Карабаху как само собой разумеющееся, они исходили из принципиальной возможности мира. А значит принципиальной возможности править так, как правят их коллеги во многих других постсоветских странах. В действительности такой возможности не было и все равно приходилось работать гораздо эффективнее. Но сравниваться в эффективности с Молдовой дело не самое верное. А вот что касается настоящей эффективности, то тут непаханое поле.

И поскольку Ильхам Алиев сумел убедить Сержа Саргсяна, что на столе переговоров опция мира полностью отсутствует, тот понял, что править по-прежнему не удастся. Это имело и позитивные, и негативные последствия. Позитивные заключались в том, что встал вопрос действительно эффективного распределения ресурсов, качественного государственного управления и способности выдержать гонку вооружений и военно-политическое давление с берегов Каспия. И для этого пришлось сменить все правительство и запустить новую фазу ограниченных реформ, пожалуй, уже четвертую в истории независимой Армении и этот шаг, особенно учитывая экономические вызовы времени, оказался очень кстати. Теперь в правительстве и с правительством работают гораздо более подготовленные кадры и составляются долгосрочные программы, планируется деятельность, которая позволит государству быть состоятельным на годы вперед, а не просто акционерным обществом группы товарищей.

3. Переформатирование внутренней политики

До 2016 года правящий в Армении режим играл в двойственность своей политики, то имитируя демократический транзит, то доставая из рукава более жесткие методы, если ничего остальное не работало. В случае продолжительного применения такой политики, это привело бы к действительной демократизации на долгосрочном отрезке времени. Комбинация внутренних и внешних вызовов (причем некоторые внутренние вызовы, такие как мятеж боевиков «Сасна Црер» были в том числе вызваны конфликтом) заставила их отказаться от промежуточного гибридного статуса и начать делать шаги в сторону авторитарности. Такой формат приняла нынешняя конституция. Одновременно с авторитаризмом, расширяется или даже внедряется принцип меритократии, то есть выбора наиболее качественных кадров на руководящие должности, а не политических назначенцев. Естественно, это очень спорная тема, но я считаю, что принципиальное решение принято и оно реализуется.

Если смотреть на эту картину глазами обывателя, то основным результатом вышеописанного будет то, что скорее всего Серж Саргсян останется у власти, пусть и в новой форме. В другом смысле он сконцентрирует всю ответственность в своих руках. Однако дело не только в этом: вся нынешняя система, как бы ни были некоторые отдельные элементы случайно сложены в последние годы, постепенно обретает институциональность и закрепляется на законодательном уровне. Так что теперь элементы авторитаризма обретут гораздо более устойчивую форму, а не будут стыдливо скрываться. В то же время, у власти карт-бланш и на внешнюю, и на экономическую политику и они сильно ошибутся, если будут считать, что он выдан навечно.

4. Изменения в НКР

В НКР тоже есть изменения и я не думаю, что они отвечают целям Азербайджана. С одной стороны, Азербайджану все равно, что происходит там, по крайней мере официально подается это так. Однако на месте происходят серьезные изменения и это включает в себя как представление позиции, что территориальный статус-кво неизменим как официальной позиции НКР.

Во-вторых, есть стремление инфаструктурно развивать районы, занятые в 93 году. И шаги в этом направлении были предприняты: одна дорога построена, будет построена в этом году вторая и так далее. И наконец, пусть и не сейчас, но в обозримой перспективе, начнется политика заселения этих территорий.

***

Напоследок, резюмирую. Политика государства, как РА, так и НКР, сильно изменилась вследствие «Апрельской войны». Многие из этих изменений спорны, в особенности, отказ от косметической демократизации привел к ограничению СМИ уже на практике. Все эти изменения вряд ли отвечают интересам Азербайджана, так что его давление, как мне кажется, контрпродуктивно. В то же время, и интересам Армении не отвечает постоянный конфликт, как минимум учитывая фактор Турции.