Над семьей Саргсяна сгущаются тучи
Вчера распространили новость о том, что племянника Сержа Саргсяна объявили в розыск.
Сейчас вокруг Сержа Саргсяна сгущаются тучи. Арестованы его брат Александр и племянник (сын Александра Айк), также следствие ведется в отношении другого его брата Левона и его двоих детей – Нарека и Ани – Левон не задекларировал крупную сумму. Арестован телохранитель Сержа Саргсяна по обвинению в присвоении трех миллионов долларов. Идут проверки в предприятии «Спайка», принадлежащем зятю Саргсяна – Микаелу Минасяну.
Пару дней назад со мной связался журналист BBC и записал интервью на эту тему. Но поскольку тема продолжает развиваться и не является вопросом собственно семьи Сержа Саргсяна, я думаю, обо всей этой борьбе с олигархами нужно написать. Сейчас напишу сравнительно коротко; по мере развития сюжета или по его завершению, возможно, напишу подробнее.
Предъявлено обвинение Барсегу Бегларяну, главе компании «Флеш», который является одним из крупнейших бизнесменов Армении. Ему принадлежит компания, занимающаяся импортом топлива и запчастей «Флеш», сеть заправок, а также АраратБанк. Он достаточно тесно связан с Сержем Саргсяном и, скорее всего, был бизнес-партнером членов его семьи.
Манвел Григорян, скандал вокруг преступлений которого потряс Армению во второй половине июня, арестован и, скорее всего, получит реальный – и большой срок. Связывать Григоряна с Саргсяном напрямую не следует – они совершенно не друзья. Но они связаны в политике: Григорян состоял в Республиканской партии, которая попыталась оправдать Григоряна и объявляла о том, что его преследование носит политический характер. Тем самым уже связала свою судьбу с Григоряном.
То, что происходит сейчас, можно понимать в нескольких плоскостях.
С одной стороны, в Армении все последние десятилетия действовало избирательное правосудие. Группа лиц, приближенных к власти, могла себе позволить больше, чем все остальные. Это вызвано слабостью правоохранительной и судебной системы и ее политизацией, а также зависимостью от власти. Но поскольку институциональных изменений не произошло, ситуация остается такой же, какой и была. Поэтому избирательное правосудие «в пользу» приближенных к прошлой власти сейчас, повинуясь правилу маятника, стало действовать против них. В то же время стоит понимать, что оно все же избирательное, поскольку слишком большое место занимают приближенные Саргсяна и в первую очередь члены его семьи во всех разоблачениях. Подавляющее большинство чиновничества и крупного бизнеса замешаны в тех или иных злоупотреблениях, наподобие тех, что раскрылись недавно. Если расследования будут идти только по стопроцентным эпизодам последних лет, то будет раскрыто, естественно, далеко не все. Если же расследования будут иметь несколько более вольный характер, то вполне возможно, что все дойдет до наднационального суда, и это еще раз подорвет систему правосудия Армении, поскольку сформирует контекст использования этой системы в политических целях, причем не по штучным делам, а по большому числу дел сразу. Наконец, стоит отметить, что уже есть несколько случаев ареста членов одной семьи – то есть создается фон преследования целой семьи, а не только одного человека и это тоже опасно.
Более важным компонентом происходящего является установление новых правил игры. Не последнюю роль здесь действительно играет установление законности, в понимании новой элиты. Но здесь меняется парадигма. С одной стороны, парадигма где элита пользуется своим влиянием и ей позволено больше, чем всем остальным, устарела и меняется на ту парадигму, где элита является наемными работниками общества. Разумеется, и прошлая элита в некотором роде работала в качестве «наемного персонала», и новая не избавится от позиции «хозяев», но меняется подход.
Происходящее имеет политическое измерение, в очень большой степени эти преследования мотивированы политически, даже если за ними есть реальная уголовная составляющая. Кто-то 11 лет назад попал в уголовную историю, дело было закрыто и вновь открывается. Серж Саргсян уже получил серьезный удар после того как решил остаться в руководстве страны, но не вынес из этого уроков. Он остался в руководстве Республиканской партией, имеющей относительное (а в прошлом – абсолютное) большинство в парламенте. И теперь стал центральной частью политической борьбы.
Борьба Пашиняна со старой элитой имеет и финансовое измерение: есть желание получить с них определенные суммы, чтобы пополнить ими бюджет. Число дел быстро нарастает и в конечном счете это приведет к тому, что примерно 100 миллионов долларов, может даже чуть больше, будет возвращено в госбюджет. Однако это не такая крупная сумма, чтобы решить все проблемы Армении. Чтобы их решить хотя бы на год, нужно миллионов четыреста – просто чтобы закрыть едноразово платежи по госдолгу за год. Но учитывая, что власти решили простить штрафы водителям, а также то, что в результате изменения регуляций на таможне (можно растаможивать по чеку, а не по прейскуранту таможенной службы), сокращаются таможенные сборы, в данном случае речь будет идти лишь о незначительном распределении средств от олигархии к сэкономившим на штрафах водителям и мелким импортерам.
При этом я думаю, что сам Серж Саргсян арестован не будет. Либо эти действия направлены на его дискредитацию, - в этом смысле, я думаю, что это сделано немного раньше времени, поскольку пригодилось бы через пару лет, либо на то, чтобы склонить его к каким-то существенным уступкам. В то же время, арест Сержа Саргсяна – а на самом деле даже и Роберта Кочаряна – приведет к созданию прецедента преследования прошлого руководства страны. Какие-нибудь нарушения найти будет возможно всегда – либо так трактовать деятельность лидера. Об этом говорит опыт Израиля, Южной Кореи и Франции – иногда дела могут быть совершенно мелкими. Создание такого прецедента – плохой задел на тот период, когда сам Пашинян будет уходить из власти, а когда-нибудь это произойдет – через 5, 10 или 15 лет, но в любом случае это будет. И тогда новые власти, его оппоненты, могут захотеть воспользоваться этой практикой – и они обязательно будут ссылаться на его же собственный опыт.
Наконец, стоит отметить и моральное измерение. При всем перечисленном, тот вопрос, который висит в обществе, требует ответа. Пашинян просто не может на него не ответить. Если члены семьи руководителей страны напрямую вовлечены в коррупционную, криминальную деятельность, занимаются бизнесом при условии преференций со стороны государственных органов, то это как ничто другое подрывает солидарность в обществе и доверие к собственному политическому руководству. Пашинян сейчас бьет по этому месту, но в результате еще долго подобные злоупотребления не будут возможными.
