Вредительство или халатность. Старая история о подмене детей. Кто ответит?

В марте и апреле этого  года программа «ДНК» на НТВ показала две передачи о случаях подмены новорожденных детей, произошедших в роддоме города Нарткала в Кабардино-Балкарии. Ведущий передачи сообщил, что программой «ДНК»  установлено всего 19 случаев подмены детей в родильных домах. Из них два случая произошли в Нарткалинском роддоме -  49 лет и 52 года назад соответственно.

О случае подмены двух девочек я писала на днях.

Подмена детей обнаружена спустя 49 лет

Жительница Санкт-Петербурга Рамета Запевалова после просмотра передачи об обнаружении подмены двух девочек в Нарткалинском роддоме, обратилась в программу за проведением генетической экспертизы в отношении предполагаемого брата,  52-летнего Анзора Абитова.  

Рамета и ее братья,  Заур и Арсен  Архестовы, которые  приехали на передачу, рассказали, что считают  Анзора   родным по крови братом. Они также сообщили, что их  ныне покойные родители, Анатолий и Арина Архестовы, всю жизнь считали Анзора  своим родным сыном, которого им подменили в роддоме на другого мальчика.

31 декабря 1969 года Арина  Архестова рожала мальчика  в Нарткалинском  роддоме. По рассказу Раметы, у матери были трудные роды и ребенка  ей принесли не сразу, а только через 10 дней.  А еще через день их выписали домой. Мальчика назвали Моша.

После приезда отца, который работал в Казахстане, он сразу отказался признать  сына Мошу  со словами «Это не мой сын. Где ты его взяла?». Тогда никто не подумал, что ребенок мог быть подменен в роддоме. Более того, как рассказала на передаче  Рамета, отец развелся с матерью, оставил ее с детьми и уехал обратно в Казахстан.  20-летней на тот момент  маме Арине с  детьми пришлось  вернуться в родительский дом,  и это была большая  травма  для нее и  ее семьи.

В связи с трудностями в большой  семье, Арина определила старших дочь и сына в интернат, а Рамета и мальчик Моша воспитывались с ней и бабушкой. В одиннадцать месяцев маленький Моша умер. Отец отказался приехать на  похороны  ребенка. 

По рассказу Раметы,  после похорон мальчика по селу  прошел слух, что Арина похоронила не своего сына, и что ее настоящий  сын проживает в соседнем селе Псынабо. Новость эту принесли  две незнакомые  женщины,  которых потом не смогли установить.

Между тем, отец, который к тому времени  женился на другой, изредка приезжал проведать детей.  Однажды он окончательно вернулся, забрал  Арину с  Раметой,  вместе они забрали  двух старших  детей из интерната.  Впоследствии   у них родились еще трое детей.

Мысли о мальчике, их предполагаемом сыне, который якобы  живет в соседнем селе Псынабо,  и воспитывается в чужой семье,  не покидала супругов. По рассказу Раметы,  ее отец  ездил в роддом разбираться. Он узнал, что в один день с его женой в роддоме женщина из селения Псынабо тоже  родила мальчика. 

Затем супруги  поехали  в Псынабо.  Они  нашли  семью  Абитовых, где рос мальчик,  увидели  его,  и поняли,  что этот  мальчик - их сын.  На требование вернуть им сына, Абитовы отказались. Тогда Архестовы   приняли решение оставить свое родовое село и  переехать  в  Псынабо.  По словам Раметы, мать говорила, что «если  не может  воспитывать  сына, то хотя бы будет  видеть его издалека».

Когда Арина  провожала своих детей в школу, то поджидала Анзора у ворот, иногда делала ему какие-то подарки. А бывало, что отец ходил в дом Абитовых и требовал отдать мальчика, возникали скандалы. Дело дошло до суда, куда обратились Абитовы. Суд запретил Архестовым  подходить к ребенку.

Рамета рассказала про случай, как она будучи  ученицей  четвертого класса отобрала портфель у третьеклассника  Анзора и «притащила» его к себе домой, чтобы он жил с ними… А  по воспоминаниям сельского учителя о споре между двумя семьями  в селе знали все, даже дети, которые бывало  спорили между собой – под какой фамилией  он должен  подписывать школьные  тетради…

Не удивительно, что в такой ситуации мальчик  был морально  «задавлен», он стал замкнутым ребенком.  Даже  ведущая программы отметила, что Анзор -  немногословный, сдержанный.

При этом  в ходе  передачи Анзор сказал, что детство у него было «шикарное». Что в их доме никогда не поднимался вопрос о его возможной подмене и о том, что он, возможно, не родной.  Было заметно, что Анзор сохранил самые добрые воспоминания о воспитавших его покойных родителях, что испытывает близкие чувства и к братьям, с которыми он вырос (несмотря на возникшие в последнее время холодные отношения).

На передачу же Анзор  приехал  для того, чтобы все-таки выяснить, кто его биологические родители.

Тест ДНК показал родство Анзора с предполагаемыми  сестрой Раметой и братьями Зауром и Арсеном Архестовыми на 99, 9 процентов. Сомнений ни у кого не осталось. Новорожденных мальчиков подменили в роддоме.

Оба события с подменами детей обсуждались в соцсетях.  Кто-то предположил, что в роддоме работала  какая-то вредительница, которая меняла детей.  Возможно, это было не умышленное действие, а  халатность.  Но… смута из этого получилась серьезная и долгая – длиною в 52 года.

Умершему 11-месячному мальчику Моше памятник так никто и не поставил. Ведь официальный отец не признал его.  Могила ребенка пришла в запустение и сравнялась с землей за эти годы. Быть может, братья  Абитовы  поставят  ребенку  детский  памятник.

В конце передачи Анзор сказал, что намерен обратиться с иском к медицинскому учреждению о взыскании  компенсации за нанесенный ему моральный ущерб. Думаю, вправе.