О событиях 13-14 октября 2005 года в г.Нальчик

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сотрудники ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) посетили Нальчик и опросили местных жителей - свидетелей событий 13-14 октября. По результатам этих опросов подготовлено нижеприведенное краткое сообщение, которое, разумеется, не может претендовать на исчерпывающее описание происшедшего.

Большинство участников нападения на город составляли молодые люди в возрасте семнадцати - двадцати лет, местные жители. В спортивной одежде или джинсах они передвигались на легковых машинах и нападали группами человек по пять. Среди убитых боевиков - один ингуш, двое русских и трое осетин, остальные - кабардинцы и балкарцы. Именно эти молодые люди, в основном, и были убиты при отражении атак. Похоже, что многие из них толком не умели стрелять. Существенная часть убитых - студенты из вполне благополучных семей. Многие молодые боевики жили в одном районе Нальчика.

У аэропорта и здания ФСБ воевали другие - по виду, профессионалы, в камуфляжной форме, отрядами по десять человек. Но их, утверждению местных жителей, среди убитых нет; им, по всей видимости, удалось беспрепятственно отойти из города.

Что же, по мнению местных жителей, могло стать причиной столь массового участия местной молодежи в событиях 13 октября? Опрошенные говорили побывавшим в Нальчике "мемориальцам", что предпосылки для этого долго создавались местными властями, и случившееся - плата за затянувшуюся "стабильность". Эта самая "стабильность" в республике обеспечивалась, прежде всего, административными и милицейскими средствами со всеми возможными издержками...

После нападения боевиков на Ингушетию и теракта в Беслане "профилактические" действия местных властей были настолько активны, что возымели обратный эффект. Так, в 2004-2005 годах в Кабардино-Балкарии закрыли многие мечети - в том числе и крупные, например, в Вольном Ауле и Александровке. Сельские мечети местные милиционеры открывали на пятничную молитву, после которой снова закрывали на ключ. Мусульманскую молодежь, по сути, загоняли из мечетей в альтернативные религиозные общины (джамааты). А все подобные общины в результате репрессий властей практически были вынуждены существовать в подполье.

В мусульманской общине республики давно уже произошел раскол. Произвол "силовиков" только придавал убедительности словам не признававших Духовное управление мусульман Кабардино-Балкарии молодых проповедников из джамаата "Ярмук", что в официальных структурах якобы "засели коммунисты, пьяницы и гебешники".

Но, по-видимому, и раскольников можно было бы удержать от радикализации. Лидеров "альтернативной" мусульманской общины - Астемирова, Мукожева, Кудаева, - жители Кабардино-Балкарии аттестовывали как образованных и вменяемых тридцатилетних мужчин. Судя по всему, "джамаат" как легальная община не был тогда тождествен "джамаату" как ячейке террористического подполья. Но после событий в Беслане Мукожев и Кудаев по настоянию властей уехали в Иорданию.

Астемирову же в выдаче заграничного паспорта отказали, и 13 октября он был убит в Нальчике в бою (позже выяснилось, что информация о гибели Анзора Астемирова оказалась ошибочной, - прим. ред. "Кавказского узла"). Вот как его характеризовали жители Нальчика, опрошенные сотрудниками ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу):

"Астемиров был мягким, можно сказать, интеллигентным человеком. Все, кто его знал, шокированы его участием в нападении. Когда с ним говорили о "международном джихаде", о "распространении халифата на весь Кавказ" - он над этой глупостью смеялся. Он не был радикалом, его участие в нальчикских событиях - не идеология джихада".

Главной причиной случившегося опрошенные жители Кабардино-Балкарии называют милицейский произвол и безнаказанность. "Профилактические мероприятия" осуществлялись весьма широко: в начале марта 2005 года в Кабардино-Балкарии - были "проверены" десятки тысяч человек, десятки из них задержаны. Борьба с ваххабизмом перешла в преследование мусульман вообще. Под этим предлогом возросло давление и прямое вмешательство людей в форме в дела местного бизнеса. Избиения и пытки в отношении задержанных, судя по всему, превысили среднероссийскую "норму". Как следует из бесед с местными жителями, милиция в Кабардино-Балкарии стала одиозным институтом отнюдь не только для экстремистов, не только для мусульман, но и для массы населения, "достала" всех.

Именно этим обстоятельством, скорее всего, и пользовались организаторы нападения, рекрутируя в свои ряды местных жителей.

("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) отмечает, что сейчас у республиканской и федеральной власти есть два возможных образа действий. Один - традиционный - сделать ставку исключительно на силовые, полицейские меры, развернуть в республике репрессии против, подозреваемых в нелояльности, выбивать из арестованных и задержанных признания в террористической деятельности, продолжать преследование всех альтернативных мусульманских общин. Этот путь, уже, опробованный в некоторых других республиках Северного Кавказа, поведет лишь к дальнейшей эскалации конфликта.

Второй путь требует от властей значительно больших, прежде всего, интеллектуальных усилий, но он, с нашей точки зрения, может остановить эскалацию конфликта. На этом пути, прежде всего, нужно добиться прекращения грубейших нарушений прав человека и норм российского законодательства со стороны правоохранительных органов Кабардино-Балкарии в ходе осуществления контртеррористических мероприятий. Необходимо также прекратить нарушения права жителей Кабардино-Балкарии на свободу совести. Власти следовало бы вступить в диалог с представителями альтернативных мусульманских общин, не бояться начать широкую и открытую общественную дискуссию по всем важным для жителей республики вопросам, в том числе и по религиозным проблемам.

Какой путь будет избран, покажет ближайшее будущее.

Тем временем, 18 октября по всему городу были выставлены наряды милиции и внутренних войск, шли зачистки, некоторые районы были полностью блокированы. По просочившейся информации, у "силовиков" есть список чуть ли не из двух тысяч членов "Ярмука", и их всех будут "отрабатывать". По версии властей, 13 октября они все якобы должны были выступить в поддержку нападавших, после захвата последними оружия.

Многие в республике считают, что среди записанных в террористы девяносто двух убитых на самом деле много мирных граждан, случайно попавших под пулю. У прокуратуры стоят родственники и требуют выдачи тел. Но трупы не отдают, что может вызвать еще более серьезное недовольство местного сообщества. Говорят, что республиканские власти склонны отдать тела, во избежание раскола общества - республика маленькая, родственные связи сильны, многие жалеют погибших молодых людей, даже и участников нападений, - но боятся федерального центра.

Поправки к статье 16.1 "Закона о борьбе с терроризмом", принятые после Беслана, и разработанное на их основании "Положение о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенной ими террористической акции", позволяют тела не выдавать. Поскольку все происходящее на Кавказе объявлено "контртеррористической операцией", то любого убитого можно теперь объявить террористом.

20 октября 2005 года