Между Таймуразом и Тамерланом - два года назад...
случайно наткнулся на свой текст, написанный два года назад для журнала Famous. назывался он "Между Таймуразом и Тамерланом", ну и из названия понятно чему он посвящен. тому времени, когда Тамерлан Агузаров только пришел к власти, наделал много громких и резких заявлений и все диву давались что же нас ждет дальше. казалось бы, зачем ему нужно было так резко публично критиковать предыдущие власти? ведь Агузарова не выбирали, он назначенец. пришел, сказал спасибо за работу своим предшественникам и работаешь дальше... но Агузаров всех удивил. а дальше была его внезапная кончина, которая оставила нас всех без ответа на вопрос: "а что должно было последовать за громкими заявлениями?". в общем, перечитал сейчас, оказалось интересно вспомнить. ну и другой вопрос, который звучит в конце статьи, о «президентах несбывшихся надежд» так же остается пока открытым для меня.
Между Таймуразом и Тамерланом
Автор Алан Цхурбаев
За какие-то три месяца нахождения у власти Тамерлан Агузаров смог создать себе в республике имидж человека резкого, строгого, даже грубого; человека, который не любит церемониться, быстро разбирается проблемами, но в то же время открыт для простых людей. И у него есть ещё пять лет впереди, чтобы это первое впечатление о себе закрепить или разрушить.
Тамерлан Агузаров сделал, можно сказать, эффектный старт, который многих впечатлил. Причём это сработало как на положительный имидж нового главы республики, так и — вдогонку — на отрицательный имидж предыдущего. Потому что достижения-то в основном пустяковые — чаще стали ходить трамваи, был «приведён в чувство» Пушкинский сквер и так далее. Больше остальных, конечно, впечатлили рекордные сроки, в которые достроили школу в центре города. Она простояла несколько лет в зависшем состоянии, а в готовность её привели за неполных два месяца. И дело в том, что все понимают: это можно было сделать, просто проявив желание к решению проблем, просто немного воли — и всё. Но она, оказывается, даже на таком уровне отсутствовала у «команды Мамсурова». Поэтому люди продолжают посылать лучики ненависти предыдущим властям. Характерна шутка, которая разошлась после этого в соцсетях: «Ругал режим Мамсурова еще до того, как это стало мейнстримом».
Кроме того, Тамерлан Агузаров пришёл во власть, можно сказать, «на конфликте», начав с демонстративного уничтожения следов работы прежнего правительства, вроде ликвидации интернет-телеканала «Осетия ТВ», с помпой запущенного всего два года назад.
Одновременно он быстро решил исход затянувшейся «войны мэров» между главой АМС Владикавказа Сергеем Дзантиевым и главой города Махарбеком Хадарцевым. Решил в пользу последнего. Причём новый глава не скрывает, что просто вынудил Сергея Дзантиева уйти, потому что это «единственный выход — отдаление от власти тех, кто все последние годы определял и архитектурную, и градостроительную, и социально-экономическую политику в республике». И это несмотря на все попытки бывшего главы АМС красиво обставить свой уход в своей прощальной речи в духе «уступаю дорогу молодым». Было бы здорово, если бы и здесь Тамерлан Агузаров постарался избавиться от следов работы бывшего мэра, вроде уродливых многоэтажных зданий в исторической части Владикавказа и испорченного аттракционами городского сквера на набережной Терека.
Намеренно или нет, но Тамерлан Агузаров играет на отрицании идей предыдущей власти. Главной идиомой десятилетки Мамсурова стала его знаменитая фраза, сказанная на приёме у Путина — «у нас все есть», — ставшая местным символом стабильности и застоя. Агузаров предлагает обратную реальность, трезвую и жестокую: «у нас ничего нет, но нам всё надо». Таким образом он позиционирует себя человеком, открыто признающим проблемы и старающимся их решать.
Но, кроме этого, Агузаров не отказывает себе в удовольствии перейти на личности и даже открыто дать словесную пощёчину предыдущему главе. На заседании парламента, где депутаты избирали новым председателем правительства Вячеслава Битарова, Агузаров заявил буквально следующее: «Когда моего предшественника в администрации президента спросили обо мне как кандидате на должность главы, он сказал: неузнаваемый, непопулярный, неавторитетный. Так вот, Вячеслав Битаров — узнаваемый, популярный, авторитетный». Весьма, надо признать, недипломатичный ход, но складывается ощущение, что новый глава не особо заботится о дипломатии. На том же заседании он в шутку пригрозил «многих расстрелять».
На этом подъёме Тамерлан Агузаров вдруг получил первый экзамен — дело Цкаева, ужасающая история с пытками в Иристонском ОВД, после которых допрашиваемый, Владимир Цкаев, умер в больнице. За этим последовали митинги у дома правительства — сначала родственников скончавшегося, а после и родственников задержанного. И тех, и других глава принял и выслушал, пообещав взять всё под личный контроль. Но на сегодняшний день от исхода этого дела и справедливости наказания для виновных зависит отношение людей к Агузарову намного больше, чем от всего перечисленного выше.
Кстати, о митингах: похоже, что коллективные походы недовольных к дому правительства Северной Осетии стали в последнее время для жителей республики единственной надеждой добиться к себе внимания и рассказать о своей проблеме. После митинга родственников Цкаева к дому правительства дважды приходили родственники сотрудников, задержанных по этому делу, а между этими событиями пикет устроили ещё и сельчане, требовавшие возвращения земель, и это всё меньше, чем за две недели, не припомню такой регулярности при Мамсурове.
Без сомнения, это говорит о сильной потере доверия к власти за предыдущие десять лет. Люди не обращаются в инстанции на местах, они идут сразу к новому главе.
В Осетии только что закончилось провальное десятилетие, которое традиционно для России завершилось переводом выслужившего главы в Совет Федерации. Другая невесёлая традиция в том, что уже третий осетинский президент уходит, оставляя в памяти людей преимущественно негативные воспоминания. Практически так же провожали и Галазова, и Дзасохова. Правда, в отношении Галазова позже общественное мнение сместилось в положительную сторону, но тогда, в 1998-м, все хотели, чтобы он ушёл, достаточно посмотреть итоги того голосования. Все надежды тогда возлагали на Александра Дзасохова, но как он уходил через семь лет — тоже все помнят.
По этой логике, современная Осетия — страна несбывшихся надежд, возлагавшихся на избранных президентов (кроме Мамсурова — назначенца). И ни один их не оправдал, хотя с каждым они связывались.
Повторится ли эта история в этот раз и не станет ли новый глава очередным «президентом несбывшихся надежд»? Пока говорить рано, миф о главе Осетии Тамерлане Агузарове, его «культ личности» только начинает формироваться в умах людей, и этот эффективный старт пока никого в заблуждение вводить не должен. Стоит только напомнить, что это уже второй не избранный, а назначенный руководитель республики, что формально лишает народ Осетии права с него что-то спрашивать, а его, в свою очередь, обязанности перед этим народом отчитываться.
