Политическая география Южного Кавказа

Полтора года назад группировка боевиков захватила полк патрульно-постовой службы в Ереване. Они убили троих полицейских, у которых было в общей сложности 8 детей, а в процессе акций протеста, которые проходили в то время один из людей с нестабильной психикой, совершил самосожжение, «воодушевленный» всеобщим безумием.

Ясно же, что 86% одобрения Путина – это 86% никакого не Путина и даже не Крыма, а России, какая она примерно сегодня есть. Стоит только большинству граждан искренне увериться, что со сменой Путина все перечисленное – от Владивостока до 9 Мая – останется стоять и не шелохнется, ему станет все равно, Путин это будет или нет.

В момент кризиса и катастрофы Владимира Путина может победить буквально кто угодно, даже та оппозиция, которая казалась беспомощной и декоративной. Такая годами для порядка сидевшая в парламенте оппозиция стала властью в Индонезии, когда местная валюта упала на 438%, закрылись банки, а на улицы вышли погромщики. Ленинское заявление в Думе про партию, которая может взять власть, летом 1917 года было встречено снисходительным смехом. Выяснилось, однако, что люди, уставшие от войны, поражений и продовольственных трудностей, готовы довериться и покориться маргинальным политикам с самого края после того, как им кажется, что они исчерпали середину.

Вскоре пройдут выборы президента России, а через три недели – и Азербайджана. Учитывая контекст, я думаю, есть смысл поговорить о том, стоит ли голосовать на выборах. Если упростить и обобщить основные тезисы спора по этому поводу, то можно их свести к двум позициям: «мы к этому отношения не имеем, а значит голосовать не надо» и «голосовать надо в любом случае – это гражданский долг».

К началу 2018 года прошло уже 4 года после официального объявления интеграционных моделей странами Южного Кавказа. В сентябре 2013 года президент Армении посетил Москву и объявил о присоединении страны к Таможенному союзу ЕврАзЭС, а в ноябре того же года в Брюсселе было парафировано Соглашение об ассоциации между Грузией и ЕС. Оба документа вступили в силу не сразу, однако сам факт их формального объявления значил не меньше, чем его вступление в силу: в обоих случаях были обещаны серьезные инвестиции в экономику, началась имплементация отдельных соглашений и проведение технических реформ для гармонизации законодательств.

Исходя из выступлений представителей экспертного сообщества Ирана, а также представителей дипломатических кругов Ирана, можно попытаться сформулировать интересы и ожидания Ирана на Южном Кавказе в целом – и в Карабахе в частности. В Азербайджане распространено мнение относительно того, что Иран молчаливо поддерживает Армению. В Армении часть общества тоже предпочитает смотреть на это в том же ключе. В то же время, представители Ирана в одних ситуациях заявляли, что поддерживают территориальную целостность Азербайджана, а в других – что право на самоопределение.