Как я ехал в поезде на море и слушал разговор про “диких чеченцев”
ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.
Все никак руки не доходили рассказать про довольно интересный разговор, невольным слушателем которого я стал несколько недель назад заграницей во время отпуска. Не хочу упоминать названия, но было это в одной популярной на Кавказе стране. Из одного большого города я ехал в соседний, который расположен на берегу моря. Дело было на выходных, электричка была переполнена туристами. В вагоне не было сидячих мест и я с несколькими другими ехали стоя. Через несколько минут сидящая через рядом группа из 4-х среднего возраста людей: двух девушек и двух мужчин начали диалог между собой. Говорили на русском языке и довольно громко, так что я мог отчетливо слышать их речь.
Сначала молодые люди как-то поверхносто говорили о ситуации в Украине, потом в Беларуси. Осуждения или поддержки происходящего там я не услышал. Больше всего речь была о том, кто куда из знакомых уехал и как сейчас хорошо иметь украинский паспорт - можно уехать куда угодно. После этого они говорили о тайцах, китайцах, с которыми они учились в Москве, отношениях Тайваня и Китая и стоимости релокации в Таиланд. Хочу заметить, что я не подслушивал, а пытался читать свою книгу про Малькольма Икса, точнее сборник его интервью и выступлений.
В какой-то момент одна из девушек упомянула про Кадырова и речь постепенно перешла про участие кадыровцев в специальной военной операции в Украине. Вот здесь во мне проснулся антропологический интерес. Я стал внимательно слушать и вот что услышал: “Чеченцы очень дерзкие, как и все горные люди. Если официанты в Грозном узнают, что их клиенты русские - то могут плюнуть в заказ перед тем, как нести его к столу. Но если вы белорус или украинец - то отношение будет совершенно другое”.
В контексте Кавказа звучали какие-то прям совсем нечленораздельные вещи, сути которых я даже не помню. Потом речь была про Бурятию и участие бурятов в специальной военной операции в Украине.
Во время когда наши сограждане говорили про Кавказ у меня велик был азарт подойти к ним и предложить ответить на их вопросы про регион, провести своего рода ликбез, так сказать. Но у меня была книга про Малкольма Икса, которую хотелось дочитать. Хотя кто знает, может мы могли бы подружиться и обсудить еще какие-нибудь “экзотические” народы.
Мой посыл в том, что никогда не знаешь, кто может слушать ваши разговоры в общественных местах, поэтому стоит быть довольно осмотрительными, чтобы приличные люди не подумали про вас как про дурных людей.
